Оглавление

ВСЯ ВЛАСТЬ СОВЕТАМ!

Фред Е. Фолдвари

Профессор экономики, университет г. Санта Клара, Калифорния, США

        Изначальным планом большевиков было основать управление Россией на власти местных советов. СССР, как подразумевалось в названии, должен был быть союзом советов. Эта идея, конечно, не была реализована, и вся власть была сконцентрирована в руках лидеров компартии, а Верховный Совет в Москве управлял сверху вниз, вместо того чтобы избираться и управляться снизу вверх. Тем не менее, исходная идея является разумной и важной для развития само-организованных структур в любом обществе.
       В работе “Вычисление Согласия: Логические Основания Конституционной демократии”, авторы Джемс Бачанан и Гордон Таллок проанализировали “доводы рационального индивида, когда ему приходится сталкиваться с проблемой конституционного выбора” (4). Ключевой проблемой в управлении, как признает Джемс Мадисон и другие основатели американской конституции, является рост фракций в правительстве, которые, как утверждают Бачанан и Таллок, “стараются использовать процесс управления в целях своих собственных, различных частных и групповых интересов” (4, стр.25). Эти интересы выражаются в стремлении получать трансферты и рентные платежи, что не только отвлекает ресурсы от целей общества, но, как продемонстрировал Таллок (1967 г), само является напрасной растратой ресурсов. Концентрация власти приводит к коррупции правительства и массивному накоплению богатства среди властной элиты.
       Теория общественного выбора и конституционной экономики указывает на необходимость более фундаментальных конституционных перемен, если мы хотим минимизировать получение группировками и фракциями трансфертов и рентных платежей. Сама структура правительства и выборности нуждается в децентрализации и более радикальной федерации, в целях изменения массовой демократии в “ячеистую демократию” (cellular democracy), при которой каждое голосование происходит в пределах малых групп. (С точки зрения терминологии термин “малые группы” относится к общей структуре голосования малыми группами, а термин “ячеистая” относится к структуре малых групп с определенным набором правил, которые, как будет обсуждаться ниже, должны привести к минимизации стремления к трансфертам).
       Управление и голосование в малых группах.
В системе ячеистой демократии юрисдикция, такая как округ или город, должна быть разделена на районы с населением около 500 человек, или от 100 до 200 домохозяйств. В некоторых сообществах границы этих районов могут следовать сложившейся структуре, как, например, кондоминимум, ассоциация жителей или избирательный участок. В других случаях, границы могут быть установлены и в дальнейшем изменены, если сообщество того пожелает. (Примеч. 1)
       Избиратели, в пределах одного округа, избирают совет округа. Предлагаемый размер населения, около 500 человек, основан на том, что сообщество должно быть достаточно небольшим, чтобы избиратели могли знать каждого из кандидатов лично. Имея такое небольшое количество избирателей, кандидаты смогут избежать затрат на рекламу в средствах массовой информации и по почте. Они смогут свободно обойти всех голосующих и встретиться с ними на местных собраниях без особых затрат. И после избрания они останутся легко доступными для граждан, так как это будет местный совет с малой сферой действия.
       Массовая реклама может также иметь место, если есть политические партии, к которым принадлежат кандидаты, и, в дополнение к местным персональным избирательным кампаниям, партии могут попытаться убедить избирателей голосовать за их кандидатов. Но это не нарушает личностный принцип местного голосования. При массовой же демократии, тысячи и миллионы избирателей не знают кандидатов лично, и кандидаты должны пропагандировать свой имидж через средства массовой информации. Необходимость финансировать пропагандистскую кампанию сочетается с предложением фондов от групп, преследующих специальные интересы, групп, которые позднее вознаграждаются трансфертами и привилегиями. Тогда как политические партии, возможно, сочтут использование средств массовой информации необходимым, выгоды для фракций гораздо уменьшатся. Избирательные компании личностей могут превзойти по влиянию пропаганду от партий.
       Каждый избирательный округ избирает в свой совет представителей, а также одного альтернативного кандидата. Альтернативный кандидат присутствует в совете, но голосует только в случае отсутствия регулярного кандидата. Каждый округ будет считаться сообществом первого уровня, где сообществом нулевого уровня является единичный избиратель. Члены совета могут быть заменены при желании избирателей. Небольшая часть избирателей может организоваться и потребовать отзыва кандидата, а затем провести выборы по замещению представителя.
       Район, включающий в себя от 10 до 20 соседних избирательных участков, будет представлять собой совет второго уровня. Каждый совет первого уровня будет избирать из своих членов представителя и альтернативного кандидата в совет второго уровня. Альтернативный кандидат в совет первого уровня в этом случае заменит постоянного члена совета, который теперь будет представлять совет первого уровня в совете второго уровня. Член совета второго уровня также может быть отозван по желанию одного из советов первого уровня и замещен другим членом.
       Предлагаемое число советов первого уровня, представленных в совете второго уровня, от 10 до 20, достаточно мало, с тем, чтобы количество кандидатов во второй уровень было лично известно избирателям из советов первого уровня. Интересно, что децентрализованная система управления крестьянскими общинами Сантал в Индии, описанная Алексом Комфортом (1990), также имеет своей основой “группы, включающие от 10 до 20 деревень, которые представляют собой территориальную федерацию” (стр.101).
       Из нескольких округов второго уровня будет формироваться совет более высокого уровня. Совет третьего уровня будет избираться советами второго уровня, при этом каждый совет второго уровня будет избирать в совет третьего уровня своего представителя и альтернативного кандидата. Тогда член совета второго уровня, избранный в совет третьего уровня, будет замещен своим альтернативным кандидатом, избранным в совете первого уровня. Таким образом, используя систему альтернативных кандидатов, каждый совет нижнего уровня сохраняет свой состав при избрании из своих членов представителей в совет более высокого уровня.
       Подобным образом избирается каждый из советов, достигая наивысшего уровня для данной юрисдикции, который считается уровнем h. Данная концепция многоуровневого представительства “снизу-вверх” не нова, но эта идея не подвергалась широкому академическому или общественному обсуждению. Похожая многоуровневая структура управления, достигающая уровней континента и всего мира, предлагалась Спенсером Хисом (9, 1957) для сообществ собственников, хотя он не описывал деталей. Алекс Комфорт (1990) писал, что “испанское (анархическое) движение следовало Бакунину в том смысле, что ратовало за организацию общества из местных сообществ, которые объединялись бы на федеративных началах в местные федерации, и, затем, в более широкие федеративные объединения”. Это старая идея анархистов о том, что общество является не хаотической массой отдельных индивидов, а иерархией малых организаций, объединенных друг с другом в добровольном союзе. Я предлагаю приложить к этой идее выводы теории общественного выбора и конституционной экономики, а также добавить некоторые правила и институты, которые сделали бы ее более конкретной и обеспечили больший иммунитет против заболевания демократии, а именно, использования власти в целях получения трансфертов, рентных платежей и привилегий.
       Брайэн и Макклаури (1, 1989) предложили для штата Вермонт, США, где до сих пор много маленьких городков, реформу проведения выборов, которая частично реализовала бы данную структуру. Следуя их системе, большинство из функций управления штатом должно быть передано на уровень “графства” (в его древнеанглийском значении), которое будет на один уровень выше, чем маленький город, либо пригород большого города. Они подчеркивают, что истинная представительская демократия имеет своей основой прямую демократию. По их плану, однако, граждане прямо избирают законодательные органы штата, тогда как при демократии малых групп, описанной в данной статье, законодательный орган штата должен избираться на уровне, предшествующем уровню штата.
       Совет уровня h (наивысший в юрисдикции) избирает из своих членов исполнительного директора других чиновников. Альтернативные кандидаты замещают в совете исполнительного директора и, возможно, других чиновников. Все члены совета уровня h были успешно избраны советами меньших уровней, включая первый уровень. Отсюда, член совета уровня h может быть выведен из него, если так решит совет предыдущего уровня, от которого был избран данный представитель.
       Финансирование государства и расходы.
Дополнительные конституционные правила укрепили бы тенденции децентрализации многоуровневой структуры. На стороне расходов, возможность “замены услуг” позволила бы любому совету уровня n заменить услугу, предоставляемую советом уровня n+1, и уменьшить общее количество налогов, которые должны быть им уплачены уровню n+1. Например, предположим, что школьное обучение обеспечивается органами управления уровня 4, каковым является уровень города, а районный совет уровня 3 решил, что уровень образования неудовлетворителен. Он может убрать свои школы из уровня 4 и создать районное управление школами на уровне 3 и вычесть средние затраты на студента из своих налоговых обязательств перед уровнем 4. Это частичное отделение, или замена услуги, будет альтернативой попытке реформировать услугу уровня 4. Такая возможность выхода усилит возможность ограничить власть вышестоящего уровня путем голосования, а также обеспечит больший стимул для эффективной работы органов более высокого уровня в интересах более низкого уровня.
       Подобная возможность отделения практикуется в ограниченной степени в городе Сант Луис, где местное сообщество приватизировало улицы и обеспечивает их поддержку. Используя такое местное самоуправление, жители смогли закрыть один конец улиц и организовать больший порядок. Кондоминимумы и организации жителей являются другими примерами местного самоуправления и способны обеспечить услуги, которые обычно считаются прерогативой государства. (5, 1994) Избирательное отделение, или замена услуг, также обеспечивает больший простор для соревнования между сообществами, как это проанализировал Чарлз Тибоут в своей теории (12, 1956).
       В ячеистой структуре может иметь место отделение самих органов управления, исходя из возможности советов уровня-n отделиться от совета уровня n+1 (кроме уровня h), и создать альтернативный совет уровня n+1. Например, меньшинство, которое чувствует против себя дискриминацию, может создать собственный совет уровня n+1 из тех районов уровня n, которые ему сочувствуют. Таким образом, членство в советах высшего уровня, кроме самого высокого, будет гибким, и более широкая возможность выхода из советов высшего уровня будет направлена против неэффективности и предвзятости в управлении.
       Говоря о доходной части бюджета, структура голосования “снизу-вверх” также улучшает ситуацию, если поток финансирования течет снизу вверх. Основным конституционным правилом формирования доходов общества при ячеистой демократии является то, что совет уровня n получает свои доходы от совета уровня n-1. Совет уровня n не имеет полномочий облагать налогом советы на меньших уровнях, и только совет уровня 1 может прямо получать налоги от домохозяйств и индивидов на уровне 0. Конечно, могут оставаться некоторые источники получения доходов на высшем уровне, такие как платы за извлечение нефти и минералов и за загрязнения среды от производств, но не будет таких налогов, как налог на доход или продажу.
       Если каждое правительство уровня 1 сможет выбирать свои источники дохода, конкуренция между сообществами за принятие в свой состав производств и граждан сделает нежелательными налоги на доходы и продажи. Наиболее вероятными будут налоги на собственность. Но, так как существующие здания переместить почти невозможно, люди будут избегать возводить новые строения там, где они облагаются высоким налогом. Отсюда, при конкуренции местных сообществ, наиболее подверженной налогообложению собственностью будут являться земельные участки, которые невозможно как перенести, так и расширить (конечно, использование пространства может быть изменено, но само пространство ограничено природой.)
       Конкуренция сообществ, таким образом, приведет к тому, что основным источником общественного дохода будет являться рентная плата за земельные участки. Этот доход будет собираться сообществами первого уровня и передаваться на все более высокие уровни. Могут существовать также некие межуровневые институты для оценки стоимости земельных участков, чтобы советы первого уровня не имели стимула к занижению их стоимости.
       Кроме той особенности, что рента на земельные участки хорошо подвергается местным сборам, так как их нельзя переместить с места на место, было также признано, что рента на земельные участки является эффективным методом оценки добавочной стоимости, происходящей из действий всего сообщества. Австрийский экономист Фредерик фон Вайзер (15, стр. 340) утверждал, что “рента за владение участком в городе является частью рентной стоимости, которая платится за преимущества лучшего месторасположения”. Шведский экономист Кнут Виксел (14, стр.113) обращал внимание на то, что “общее экономическое развитие сообщества” увеличивает рентную стоимость своих земель, и предлагал данное увеличение стоимости облагать налогом. (стр.114). Имеется также большое количество литературы, посвященной “теореме Генри Джорджа” о том, что оптимальным количеством общественных услуг является такое количество, которое максимизирует рентную стоимость земли и оплачивается из сбора этой ренты (11, 1977). Генри Джордж в 1879 г выдвинул теорию о том, что земельная рента является наиболее эффективным и наименее навязчивым источником общественного дохода. (7) Бачанан и Гоутз (3, 1972) утверждают, что внешнюю стоимость производства можно учесть, если сообщества обладают собственностью и конкурентоспособностью: “Налоги должны быть связаны с размером рентной составляющей в доходе индивида” (стр.35).
       Заключение. Рассел Хардин (8, стр. 130) писал: “Реальная магия свободной демократии часто заключается в ее тенденции к децентрализованным решениям”. Массовая демократия, наоборот, имеет тенденцию к централизации власти, из-за отсутствия индивидуальной политической власти на самом нижнем уровне, уровне избирателя. “Вычисление согласия” распадается под напором “рынка законодательств”, который регулируется фракциями со специальными интересами. Многоуровневая ячеистая демократия, действующая по принципу снизу-вверх, несет в себе структурные стимулы поддерживать децентрализацию управления и минимизирует стремление к трансфертам, реализуя предложение Бачанана и Таллока (4, стр. 114) о том что, “там, где это возможно, общественная активность должна быть организована путем малых, а не больших политических единств”.
       Подобными малыми политическими единствами могли быть советы, которые, как предлагал Ленин, должны являться основой политической власти, но что никогда не было реализовано. Эта идея может быть возрождена, особенно в России. Дискредитирован был социализм, но не концепция советов. Демократическая реформа в России может использовать старый революционный лозунг: “Вся власть советам!”
       

        Примечание
       

        1. Я выдвинул концепцию “ячеистой демократии” в своей статье “Recalculating Consent” (6, 1999), откуда частично взят материал для данной публикации.
       

        Литература
       

  1. Bryan, Frank M., and John McClaughry. 1989. The Vermont Papers: Recreating Democracy on a Human Scale. Chelsea, Vermont: Chelsea Green Publishing.
  2. Buchanan, James. 1980. "Reform in the Rent-Seeking Society." In Towards a Theory of the Rent-Seeking Society. Eds. James Buchanan, Robert Tollison, and Gordon Tullock. Texas A & M University Press, College Station, pp. 359-67.
  3. Buchanan, James M., and Charles J. Goetz. 1972. "Efficiency Limits of Fiscal Mobility." Journal of Public Economics 1: 25-43.
  4. Buchanan, James M., and Tullock, Gordon. 1962 [1965]. The Calculus of Consent: Logical Foundations of Constitutional Democracy. Ann Arbor: University of Michigan Press.
  5. Foldvary, Fred. 1994. Public Goods and Private Communities. Aldershot, UK: Edward Elgar Publishing.
  6. Foldvary, Fred. 1999. Recalculating Consent. Buchanan Festschrift, http://www.uni-duisburg.de/FB1/PHILO/Buchanan
  7. George, Henry. 1879 [1975]. Progress and Poverty. New York: Robert Schalkenbach.
  8. Hardin, Russell. 1993. "Liberalism: Political and Economic." In Liberalism and the Economic Order. Eds. Ellen Frankel Paul, Fred D. Miller, Jr., and Jeffrey Paul. Cambridge, UK: Cambridge University Press, pp. 121-44.
  9. Heath, Spencer. 1957. Citadel, Market and Altar. Baltimore: Science of Society Foundation.
  10. Olson, Mancur. 1971. The Logic of Collective Action. Cambridge, MA: Harvard University Press.
  11. Stiglitz, Joseph E. 1977. "The Theory of Local Public Goods." In Economics of Public Services. M. S. Feldstein and R. P. Inman, eds. London: Macmillan. Pp. 274-333.
  12. Tiebout, Charles M.. 1956. "A Pure Theory of Local Expenditure." Journal of Political Economy 64: 416-24.
  13. Tullock, Gordon. 1967. "The Welfare Costs of Tariffs, Monopolies, and Theft." Western Economic Journal 5 (June): 224-32.
  14. Wicksell, Knut. 1896 [1958]. "A New Principle of Just Taxation." In Classics in the Theory of Public Finance. Eds. R. A. Musgrave and Alan T. Peacock. London: Macmillan & Co. Pp. 72-116.
  15. Wieser, Friedrich von. 1927 [1967]. Social Economics. Trans. A. Ford Hinrichs. New York: Augustus Kelley Publishers.

 

Оглавление