Оглавление

РОЛЬ ОРГАНИЗАЦИИ И САМООРГАНИЗАЦИИ МОЛОДЕЖИ В ПРОЦЕССЕ СОЦИАЛИЗАЦИИ

А.Н. Тесленко

г.Астана, Казахстан

       Опыт реформирования на пост-советском пространстве показал: одной из главных предпосылок неудачи реформ является узость социальной базы их проведения, в том числе – отторжение от их реализации значительной части молодежи. Налицо – политика воинствующего патернализма, ставящая молодежь в положение прежде всего объектавоздействия, а не субъекта исторической деятельности, когда возможности для развития и самореализации молодежи далеки от должного. Поэтому она не может в достаточной мере раскрыть и реализовать свой творческий, инновационный потенциал. Между тем история свидетельствует: реформы могут быть успешными лишь при активном участии в них молодых. При этом важно понимать: во-первых, молодежь по природе своей не прогрессивна и не консервативна, она – всего лишь сила, готовая к любому начинанию; во-вторых, задача науки состоит в том, “чтобы рассказать, что общество может дать молодежи и что общество может ожидать от молодежи (скрытый ресурс)”.
       Выявить различные аспекты этого двуединого взаимоотношения общества и молодежи, роль социализации как основной проблемы молодежного возраста (соответственно системного качества молодежи как специфической социально-демографической группы) – такова цель нашей работы.
       К теории проблемы социализации молодежи. Социализация – двухсторонний процесс. Первая сторона процесса социализации - усвоение социального опыта - это характеристика того, как среда воздействует на человека; вторая его сторона характеризует момент воздействия человека на среду посредством отношений, деятельности и общения. Именно эти феномены, актуализирующие формирование личности в динамичной социальной жизни, фиксируют не просто пассивное его принятие, но предполагает активность индивида в применении преобразовательного опыта, мобилизацию субъекта на построение определенной стратегии организации и самоорганизации в рамках структурной модели социума (см. рисунок).
       Теоретические разработки теории социализации последних лет (Д.Гойлен, К,Харрельман, К.-Ю.Тильман, Р.Тернер и др.) представляют процесс социализации как акт “продуктивной переработки внешней и внутренней реальности”. По Ю.Хабермасу личность индивидуализируется “через процессы социализации внутри исторического процесса”
       Ориентация молодежи на жизнь в системе рыночных экономических отношений, на наш взгляд, - актуальнейшая задача государственной власти и образования. Для формирования инновационного поведения молодежи в социоэкономической сфере необходимо четко представлять себе модель социального воспитания, а также соответствующие современным требованиям формы и средства (механизмы) социализации. Стратегическим ориентиром социализации казахстанской молодежи должна стать “идея формирования новой генерации людей с инновационным, творческим типом мышления, с развитой мировоззренческой культурой; высококвалифицированных профессионалов с этически ответственным отношением к миру”. Общественный идеал нового типа социальности - “благополучие каждого есть непременное условие благополучия всех и наоборот”.
       Социализация молодежи: методология изучения. В основе современных методологических подходов к изучению целостного процесса социализации, воспитания и развития личности лежит общефилософское направление научного познания, раскрывающее пути функционирования и развития всего общества, его групп и отдельных членов в конкретных историко-культурных условиях социума. Однако на практике традиционные методологические подходы к анализу молодежных проблем оказывались не адекватными, а часто заканчивались “провалом”. Наиболее заметно такие сбои выявились на Западе в период “молодежного бунта” (1960-1970-х гг.), в бывшем СССР периода перестройки с его всплеском движения “неформалов” и контркультуры, став неожиданностью для специалистов (социологов, педагогов и др.) и общественного мнения.
       Причины указанных провалов следует искать в методологической ограниченности традиционной парадигмы социального познания, следовавшей жесткой логике детерминизма, поиску причинно-следственных связей, а современные тенденции экстраполировались на будущее. Между тем, взрывы молодежного протеста относились к вероятностным, флуктуационным (резко отклоняющимся) изменениям. Их объяснение возможно в рамках иной – синергетической – методологии. В качестве ее интеграла рассматриваются соотношения хаоса и порядка в универсуме в контексте самоорганизации в природе и обществе.
       Новое теоретическое положение о становлении “порядка через хаотическую устойчивость” позволит более точно сформулировать сложное взаимодействие между обществом и социализирующейся молодежью. Ее основной ориентир – управляемый хаос – предполагает наличие и спокойного, стабильного, эволюционного развития, и бифуркаций (“развилок”,моментов выбора).
       В рамках стохастического мироздания социальный субъект (в том числе и молодой человек, молодое поколение) и его деятельность (социализация) могут быть описаны понятиями: нелинейность, сложность, вероятностный характер событий, их принципиальная непредсказуемость в точках бифуркаций.
       Еще в начале ХХ века П. Валери предупреждал: “Две опасности не перестают угрожать миру: порядок и беспорядок”. Конечно, общество всегда испытывает страх перед социальным хаосом, дезорганизованностью, вызванной разрушением привычных социальных связей, непредсказуемостью кризисных ситуаций. Но не меньшую опасность для общества представляет и порядок – жесткий порядок авторитарной власти, построенный на подавлении индивидуальности, свободы и автономности личности.
       Синергетика, теория самоорганизации показывает несостоятельность идеи полного и всеохватывающего контроля над социальными процессами. Управляющее воздействие со стороны субъекта лишь включается в процесс социальной самоорганизации. Оно вносит коррективы в этот процесс, но никогда полностью не подчиняет его. Включенность субъекта управления в социальный процесс, его воздействие может внести и дополнительную степень неурегулированности, хаоса. Прямое управленческое воздействие, даже успешное по каким-то параметрам, может увеличить степень дезорганизации по другим параметрам.
       Теория самоорганизации (И.Пригожин, И.Стенгерс) убедительно показывает, что некоторая доля хаоса, стихийности, неопределенности – это не зло. Напротив, присутствие хаотических элементов во многих ситуациях делает мышление более гибким, повышает приспособляемость индивида и позволяет ему лучше реагировать на непредсказуемые и постоянно меняющееся условия жизни. “Предпочтительное число измерений, в социальной деятельности, например, будут зависеть от того, что наблюдается у данного индивидуума … или социума, нерегулярность границ, свидетельствующая о здоровом балансировании, или ровная линия, свидетельствующая как раз о неблагополучии”.
       В этих условиях особую роль приобретает социализация и совершенствование взаимодействия между людьми (молодыми, в том числе) и их окружением. Это становится по-настоящему возможным с допущением, что во всеобъемлющей системы должны быть многомерные связи. Один конец оси “личность” представляет различные возможные количественные сочетания: индивидуум, семья, группа, община. Другой конец представляет самых близких индивидууму лиц, обычно группу людей, объединенных общим названием “значимые другие”. Один конец оси “среда” представляет институты социализации, социальные ресурсы и службы, а другой – нормы культурного окружения, ценности, убеждения, необходимые для поддержания цельности, достоинства личности и для его выживания. Каждая из осей может быть представлена отдельно в форме треугольника с тремя определенными углами активности: действия, реакция и результирующие.
       Затем эти треугольники могут быть разъяты и скомбинированы вновь для образования трехмерной модели “личность-среда”, которая объемно изображает домен человеческой экосистемы.
       Описанная выше координатная система в форме четырехгранного тетраэдра позволяет вести поиск синергетической концепции социализации молодежи – “от целого к части”, т.е. целостной системной модели.
       Социализация молодежи: смена парадигм. Долгое время тоталитарная педагогика рассматривала личность только как объект воспитания. Человек же (даже ребенок, тем более юноша) выступает в процессе социализации как самоорганизующая система, самореализующийся субъект, обладающий своими мотивами, потребностями, ставящим сам себе цели. Отсюда, сущностью социализации является как вхождение в мир конкретных социальных связей, так и освоение социального – всеобщей характеристики человечества. Современная педагогика, к большому сожалению, до сих пор еще не осознала, что воспитание человека в значительной мере осуществляется вне формальных воспитательных процессов, в то время как социализация осуществляется в непрерывном процессе социальной коммуникации.
       Личность – категория историческая и социальная, “ансамбль общественных отношений” (К.Маркс), хотя и не следует отождествлять человека с наличными социальными отношениями, тем самым затушевывая его активную, самоорганизующую сущность, игнорируя фактор биологической наследственности.
       Проблема соотношения биологического и социального в детерминации поведения человека по-прежнему остается одной из самых спорных и неоднозначных. “Нет специальных генов, например, гуманизма или альтруизма, или генов антисоциального поведения, но есть генетически детерминированные свойства психики, сочетание которых, преломляясь через определенные социальные условия, способствуют формированию либо человека с высоким чувством совести, испытывающего отвращение не только от преступной деятельности, но и к карьеризму и стяжательству, либо же человека, который плохо понимает, что такое совесть со всеми вытекающими отсюда последствиями”.
       Усвоение молодым поколением современной системы знаний, норм, установок, образцов поведения, которые входят в понятие культуры, присущей социальной группе и обществу в целом осуществяется в социальной среде - социуме. “Социум - динамический гомеостаз с комплексом не номогенетических, а преимущественно тихогенетических связей. Личность, исходящая из своих потребностей и побуждений, привлекает для их удовлетворения кажущиеся ей приемлемые средства. Так проявляется свобода воли, свобода персонального выбора, которая, однако, не сродни произволу. Дело в том, что человек-гражданин - не безотносителен к режиму бытия социума. Социум - целое, индивид - его часть. Принципы функционирования целого статичны, складываются как некий порядок из хаоса посредством макросоциологического подытоживания персональных усилий, организующихся по законам вхождения частей в целое. Последнее блокирует произвол, эксцессы, инстинкт, неконтролируемые деструкции.”
       Понимание этого дает содержательный ресурс для обновления эвристических основ социальных наук, и теории социализации в частности, откуда во всяком случае правильно удалить парадигму обезличивания.
       Пружина механизма социализации - не в поиске биологических, психологических или социальных оснований; она - в приемах гармоничного самосогласования активности действующих индивидов, их самоорганизации. Отсюда, внутренний механизм процесса социализации следует считать прогрессивную взаимную аккомодацию (приспособляемость) между активным растущим человеческим существом и изменяющимися условиями его бытия (У.Бронфенбреннер).
       Основываясь на данной точке зрения, педагогически целесообразно выделить несколько механизмов социализации, которые необходимо учитывать и частично использовать в процессе социального воспитания молодежи. Условно их можно назвать и охарактеризовать следующим образом:
       традиционный - через семью и микросоциальное окружение;
       институциональный - через институты общества;
       стиллизированный - через субкультуры;
       межличностный - через значимых лиц;
       рефлексивный - индивидуальное переживание и осознание.
       Влияние всех названных механизмов иногда в большей мере, а иногда и минимально опосредуется мегасоциальными факторами. Главный из которых - это становление постиндустриальной цивилизации, означающее “переход ведущей роли от материально-вещественных факторов производства к духовно-социальным, от овеществленного труда к живому ... Образ “человека-винтика”- фундаментальный архитип социального мышления индустриальной цивилизации - безвозвратно уходит в прошлое, а вместе с ним “конструкторсско-технологический” стиль социального познания. Время задуматься о его новой парадигме”.
       Основой “индустриальной” парадигмы социализации был человек, жестко прикрепленный к социальной группе, которая, в свою очередь, подчинялась детерминантам технико-производственного характера. Постиндустриальная эпоха знаменуется переворотом во всех отношениях: оно связано, во-первых, с переходом от малоподвижных социально-групповых “монолитов” (классов) к динамичным малым группам временного (функционального) характера, идентификация индивида с которыми всегда условна, а, во-вторых, с новым статусом социокультурных, ментальных факторов, духовного производства в целом. Гарантии, которые давались базисно-надстроечным детерминизмом, превращающим процесс социализации в довольно упрощенную процедуру включения природно-биологического индивида в социальную среду сегодня несостоятелен. Общество вообще, а постиндустриальное в особенности лишено того единого основополагающего центра, вокруг которого вращается социальная жизнь. Социальная среда в полном смысле “мозаичное общество”, то и дело меняющее центры притяжения, отличающееся предельной подвижностью связей и зависимостей. понимание этого требует соответствующего пересмотра и модернизации теории и практики социального воспитания (В.В.Ильин, А.С.Панарин).
       В этой связи следует отметить, особые формы социокультурной дифференциации, примеры которой мы уже можем наблюдать. Молодые люди практически целиком ориентируются на центры и местной среде не принадлежат. СМИ, индустрия развлечений нивелируют жизнедеятельность жителей разных регионов, прежде всего досуг, придавая ему единое измерение. Престижные модели досуга привносятся в провинциальную среду извне, идут из крупных культурных центров. Мало того, они порождают свой тип социума, альтернативный базовому. Как альтернатива “официальных” институтов социализации, формируются своеобразные “контр-группы” досуга - временные спонтанные сообщества информационного типа, аккумулирующие антропоцентричную информацию, относящуюся к самоутверждению индивидуальности и реабилитации чувственности. И если идентификация личности в рамках формальных групп (студенческая группа, производственный коллектив, семья) ослабевает, то идентификация с группами досуга, напротив, усиливается.
       Это продуктивно с точки зрения социальных новаций - возрастает мобильность молодежи, ее готовность осваивать новую территориальную, профессиональную, научно-техническую, культурную среду, что является первостепенно важным в условиях транзитного состояния общества в эпоху НТР. Но создает и ощутимые дисгармонии в воспитании молодежи, в целостном процессе ее социализации. В отличие от “коммунистического воспитания” в прошлом, “капиталистическое перевоспитание” протекает прежде всего как спонтанный процесс влияния новых онтологических факторов СМИ и новой пост-индустриальной (информационной) среды. В данном случае западнизация (вестернизация), как геополитический эквивалент нового облика поколения, оказывается чаще всего американизацией. А способность к новациям развивается в ущерб усвоению долговременных социально-культурных норм и ценностей, способность ориентироваться в техногенной среде - в ущерб общекультурной интеграции.
       Таким образом, период социализации - между концом детства и началом взрослости - есть период ускоренного усвоения элементов общественной среды путем повышения скорости приращения информации и расширения ее разнообразия (источников). Молодежный возраст наиболее восприимчив к заимствованию новаций в сфере потребительских стандартов, передовой техники. Наш социум успевает “вестернизироваться” по вкусам, притязаниям молодежи, но при этом остается значительно более отдаленным от “цивилизованных стандартов” в области техники, управления, организации. Однако, субъективные трудности и противоречия социализации “смутного времени”(А.В.Мудрик) не отменяют объективной значимости молодежного возраста: без него процесс самоопределения нового поколения не мог бы состояться. А определенная дистанция, занятая по отношению к формальным агентам (институтам) социализации - родителям, взрослым - необходима для ускоренной адаптации подрастающего поколения к новейшей социальной и культурной среде; без этой дистанции срабатывали бы механизмы преемственности, но не новаций.
       Все вышесказанное продвигает нас к мысли, что активизация в обществе молодежного типа интеллектуального и профессионального поведения выступает как форма социально-демографического. социально-психологического и педагогического обеспечения современного научно-технического прогресса.
       Естественно, что ряд высказанных нами положений может вызвать вопросы, дискуссии и возражения. Это вполне понятно в условиях плюрализма идей, позиций и подходов. Но мы убеждены, что в условиях падения престижа многих социальных ценностей, кризиса доверия к социальным институтам, и в то же время растущего стремления к самостоятельности. к активному участию в жизни общества, во всяком случае у части молодежи (при растущем же инфантилизме другой ее части) требуются принципиально новые воспитательные идеи и технологии, требуется интеграция воспитательных сил общества с целью подготовки молодежи к социальной жизни, ее социализации.

 

Оглавление