Оглавление

ГОСУДДАРСТВО, ВЛАСТЬ И ПРОБЛЕМА УПРАВЛЕНИЯ В КОНТЕКСТЕ ПАРАДИГМЫ САМООРГАНИЗАЦИИ

И.Н.Задде

Томский государственный университет

        Государство - это, по определению, политическая организация экономически господствующего класса, имеющая своей целью охранятьсуществующий порядок и подавлять сопротивление других классов. Концепция государства всеобщего благоденствия - реформистская концепция середины ХХ столетия - выдвинутая в обоснование и оправдание социально-экономического развития капиталистического общества с целью его распространения по всему миру. Согласно этой концепции, государство, являясь нейтральной "надклассовой" силой, отражает интересы всех слоев общества, перераспределяет доход в пользу трудяшихся, уничтожает социальное неравенство, то-есть как бы осуществляет принцип справедливого распределения и обеспечения каждого человека своего общества.
       Вместе с тем, в основе такого понимания государства лежит понятие ГОСПОДСТВА - принцип осуществления ВЛАСТИ, которое принимает cтруктурные институциональные формы и которое предполагает расчленение общества на господствующие и подчиненные группы, а также выделение и обособление специального управленческого аппарата (управленческой бюрократии).
       Французский социолог Пьер Бурдье [1], исследуя социологию культуры, вводит такие ключевые понятия, как поле, habitus, "символическое насилие", "незнание" Общество, по Бурдье, представляет собой совокупность отношений, складывающихся в различные поля, каждое из которых имеет специфические типы власти.
       Понятие "habitus" интегрирует в себе все, что характеризует собой собственно понятие культуры. Это структурированный тип социальных отношений, который включает в себя совокупность схем интеграции и интериоризации различных полей, систему долговременных групповых и индивидуальных установок, ориентаций, функционирующих в форме матриц восприятия, постановок целей, решения задач, осуществления действий и т.п., складывающихся в типичные модели поведения.
       Особое место в структуре общества занимают понятия власти и "символического насилия". "Символическое насилие" - необходимая функция власти (неизменный атрибут власти), так как любая власть держится не только и не столько с помощью прямого насилия, сколько через признание ее легитимности, то есть законности. Но и этого мало - она нуждается в вере в ее законность.
       Власть осуществляет "символическое насилие", НАВЯЗЫВАЯ свою систему значений, иерархию ценностей. С помощью "символического насилия" производится трансформация восприятия, кристаллизация отношений в оппозиции "ГОСПОДСТВО-ПОДЧИНЕНИЕ".
       Другой известный социолог Макс Вебер [2] под властью понимал "любую возможность проводить внутри данных социальных отнощений собственную волю, даже вопреки сопротивлению, независимо от того, на чем такая возможность основана. Другими словами, власть- это способность или потенциальная возможность людей принимать решения, оказывающие влияние на действия других людей." Ключевое значение, по Парсонсу, заключается в том, что она занимает в политических системах такое же место, какое занимают деньги в экономических системах.
       Легитимность власти основывается на "незнании", бессознательном принятии людьми господствующих ценностей и установок. При этом под "незнанием" понимается неполное, искаженное, мистифицированное знание.
       Таким образом, некоторые из западных социологов приходят к выводу о классовом характере культуры, искусства, политики, каждый из которых наделен собственным "стилем жизни", отражающим способ их приспособления к своему положению в обществе, означающих борьбу за власть и приводящих к появлению особых полей власти. Господствующий класс состоит из ряда групп, представляющих экономический, политический, религиозный, культурный "капитал" и каждая из этих групп стремится мобилизовать поле власти в СОБСТВЕННЫХ ИНТЕРЕСАХ.
       Из сказанного отчетливо проявляются три негативных момента, связанных со способом организации и способом управления обществом:
       1) навязывание воли одних людей (или их групп) другим, претворяясь в "символическом насилии", хотя есть типы воль, актуализирующиеся изнутри, а не извне. Более того, воля дана человеку не для того, чтобы проявлять ее силу путем навязывания другим, а для того, чтобы с ее помощью осуществить замысел творца как в плане становления самой личности, так и в плане изменения бытия.
       2) Воспроизводство оппозиции Господство-Подчинение, особенно, если учесть тенденцию эволюции цивилизации, направленную на "снятие" уничтожение этой оппозиции, оппозиции "Господин-Раб", в сторону установления равноправных (гуманных) отношений внутри общества, гармоничных (экологизированных) отношений в системе Человек - Общество - Природа и связанных со все большим освобождением и раскрепощением личности.
       3) Способ легитимации власти, базирующийся на "незнании", мистификации сознания, в то время как на новом этапе развития общества и цивилизации предполагается как раз творческий, осознанный характер отношений, союз науки и труда, многократно усиленный научной концепцией мира, творческой и политической активностью масс.
       С другой стороны, сам принцип властного управления развитием общества, носит внешний, навязанный, случайный характер в силу субъективности индивидуальных воль, мобилизующих власть в своих интересах.
       С точки зрения М.Вебера, дух капитализма и протестантской этики, лежащих в основании западной культуры, пронизывает принцип рационализма, позволяющий добиваться предельной экономической эффективности. В то же время, в мысли Вебера о прогрессирующей рационализации как неизбежной "судьбы Запада", "рациональность проявляется как закономерность объективного общественного развития, является отражением реальности, которая движется в направлении исключения всякой свободы индивида, да и самой человеческой индивидуальности вообще" [2].
       В этом, как и в цикличности цивилизационного развития, каждый раз, при завершении одного из них и перехода на другой, предполагающих когнитивный "переход в свою противоположность", нетрудно усмотреть проблему необходимости поиска альтернативы как по способу осуществления эволюции, так и по форме и признакам ее проявления. Тем самым мы вплотную подходим к категориям, детерминирующим общественное развитие.
       Категории протестантизма, детерминирующей "дух капитализма", на другом конце данной оппозиции соответствует альтернатива в лице православия и, может быть, в мировом масштабе единая мировая религия, отличающаяся целостностью мировосприятия (русский космизм, например), без которых на данном этапе невозможно продвижение вперед.
       Западному типу рациональности, который базируется на формальной логике и механистической картине мира должны противостоять, соответственно иной тип логики (диалектика) и целостное научное знание, альтернативное атомарной (механистической) картине мира, удовлетворяющее эколого-организмическому подходу.
       Последнему требованию соответствуют, по нашему мнению, некоторые предложения К. Боулдинга, первого президента научного "Общества по исследованию в области общей теории систем" (1954).
       Во-первых, он исходит из принципа изоморфизма всех мыслимых систем в природе и обществе, из которого выводит необходимость создания общей теории систем как "скелета" науки, на который наращивается "плоть и кровь" отдельных дисциплин и отдельных предметов исследования в их движении к упорядочению и последовательно построенному телу знания.
       Во-вторых, Боулдинг вводит понятие "экологического взаимодействия" как первоосновы понимания эволюционной перспективы человечества. С этих позиций он развивает эволюционную экономику - подход к экономической и общественной жизни на основе понятий экологического взаимодействия и мутации, и приходит в конечном счете к выводу о необходимости создания "Всемирной единой экологической системы" как модели новой культуры мира и морального обновления человечества [3].
       Идея Боулдинга, будучи в своей основе верной как относительно изоморфизма природных и социальных систем, так и относительно системного "скелета" науки, однако, в целом требует иного пути в поисках адекватного решения. Он,этот путь, в методологическом плане основывается на законах генезиса и "трансмутации" современного знания, свидетельствующих о вступлении современной науки в стадию Глобальной Научной Революции, которая характеризуется сменой типа мышления, логики, сменой предмета исследования и парадигмы.
       Данному требованию удовлетворяет, по нашему мнению, философский синтез современных оснований физики (категория пространства-времени Эйнштейна), экологии (взаимодействие живого организма и окружающих условий) и синергетики (теория самоорганизации). Выдвигаемая, исходя из этих требований, теория системной организованности, обладает рядом универсальных признаков, позволяющих конструктивно решать все современные проблемы в полном соответствии с идеями Боулдинга и других социологов.
       Так, в социологии существует понятие единичного человеческого действия, которое определяется тем, что деятель и ситуация находятся в динамическом соотношении, что изоморфно взаимодействию организма с окружающей его средой, и отражает подлинное экологическое взаимодействие, искомое Боулдингом.
       По определению Парсонса, "элементарное единичное действие" представляет собой систему действия, компоненты которой организованы таким образом, чтобы минимизировать неопределенность (энтропию), изначально существующую в отношениях между деятелем и ситуацией" [4]. Но точно то же самое происходит в живом организме, где место "деятеля" занимает живой организм, а социальной ситуации соответствует окружающая среда, с той разницей, что это явление материализуется на уровне метаболизма и биохимических реакций, в результате которых претворяется тот или иной тип морфогенеза в зависимости от конкретных экологических условий и их количественного выражения. При этом в цепочке биохимических реакций отмечается наличие "точки бифуркации", приводящей к диаметрально противоположным признакам фенотипа.
       Это проявление экологического взаимодействия, обнарущиваемое в знании ретроспективно, можно определить как системную организованность процесса самоорганизации, в результате которого и оказывается наличие экологических, биохимических и других реакций, организованных определенным и закономерным образом и отражающих оптимально возможное (для данных условий) взаимодействие внешнего (неорганического) и внутреннего ("экономика" организма как целого) - цель и задача, предмет исследования экологии как естественнонаучной дисциплины. Данный процесс самоорганизации, в силу своей универсальности оказывается изоморфным всем другим самоорганизующимся системам любой природы и любого уровня исследования.
       Таким образом, элементарной единицей "измерения" "экологического взаимодействия", определяющей его как самоорганизующееся целое, является элементарный "ряд" организованности, охватывающий систему единичных действий или реакций или других материальных (и идеальных) структур, от "начала" их взаимодействия до "точки" бифуркации данного процесса и реального воплощения прямого или альтернативного ему пути.
       Данная "ось" рассмотрения самоорганизации как явления и процесса представлена нами сквозь призму топологии структуры экологического взаимодействия состоявшегося процесса, проявившего себя в виде определенной траектории движения. Что же является движущей силой этого процесса? Что заставляет системы вступать во взаимодействие ? Чем они обусловлены ?
       На эти вопросы трудно дать однозначный ответ, но, по-видимому, сам "дух" явления, его законосообразность осуществляются за счет взаимопритяжения парадоксальных систем, интегрирующихся в единое самоорганизующееся целое.
       "Экологическое взаимодействие" оказывается той движущей силой, которая именуется жизнью. Сама биологическая жизнь природы "заставляет" человека, организм, особь дышать, есть, расти, сливаться воедино и воспроизводиться. И эта тяга двух противоположных друг другу систем является, с точки зрения самоорганизации, непреодолимой и неразрывной, и только в их единстве и взаимодействии составляющих единое целое. Биологические объекты с этой точки зрения более изучены, хотя знания эти все еще разрозненны и требуют своего "наращивания" на "скелет".
       Что касается социума, то здесь эту идею только еще предстоит воплотить во всех ее подробностях и во всех аспектах социальной жизни. Некоторые ее черты и признаки уже проступают в образах, начертанных усилиями социологов. Главная задача их - найти и соединить эти "черты" вместе.
       С учетом сказанного мы коснемся лишь аспектов власти, воли и государства, составляющих коренное содержание современной "бифуркации" социального процесса, требующей выбора альтернативы перед лицом глобальных катастроф, очерчивающей возможные пути кардинального преобразования.
       Так, по мнению немецкого социолога Ф.Тенниса, власть в обществе хотя и определена волей к власти, однако структурные и функциональные особенности того или иного общества определяются не только этим, но и типом воли.
       Первый из выделенных им типов воли, относится к "сущностной" воле, которая предстает в формах инстинктивных влечений, привычек и памяти и представляет собой органичное, точнее, эмоционально-органичное единство. Субъектом такой воли является "самость", то есть единство, определяемое самим собой и способное конструировать и репрезентировать целое, которое, в результате ступенчатого взаимодействия со своей средой в процессе своего развития, превращает человека в личность. Наличие совокупности подобных воль в масштабах цивилизации означает потенциальную (превентивно заданную) возможность перехода к целостному мировоззрению. Единство "самости" обеспечивается ее внутренне необходимым самоопределением и самоутверждением (важнейшее условие свободы личности).
       Другой тип воли - "избирательная" воля. Существует в формах "умышленности", свободного (в смысле субъективности) поведения и "произволения". Субъектом избирательной воли является "лицо". "Лицо" есть внешнее, механическое единство, определяемое внешним, случайным образом. Множество "лиц" способно составить систему и конституировать "фиктивное лицо" (фиктивное знание и фиктивную свободу) [5].
       С другой стороны, типы воль конституируют соответствующие типы социальных отношений. Теннис выделяет два таких типа: "общинные" и "общественные".
       Общинные отношения предполагают "высшую самость", когда в основе данного типа социальных отнощений лежит сущностный тип воли.
       Общественные отношения конституируются "искусственным лицом", то есть внешним, формальным и случайным образом. Отсюда следует и различие главных экономико-правовых категорий. В первом случае речь идет о Владении, Земле, Территории, Семейном праве, отражающих характерные для российского человека социокультурные отношения.
       Во втором случае (общественные отношения) - об имуществе, деньгах, обязательном торговом праве и т.п., все, что получило свое свое предельное развитие на Западе.
       Таким образом, налицо противоположность интимных, имманентных признаков двух взаимодействующих цивилизаций - Российской и Западной, что является важным превентивным фактором общемировой эволюции цивилизаций как необходимое условие перехода условие перехода от одной цивилизации к другой, одновременно означающее и переход с одной ступени их эволюционного развития на другую. Поэтому перевод "стрелки" эволюционных часов России назад, на путь развития Запада, ведет к подрыву как глубинных основ свободы личности, так и свободы общества в более глубоком их смысле. Ибо свобода - это не есть свобода произвольного выбора (хотябы и рационального), а есть объективная необходимость внутренне обусловленного развития общества, природы, личности. А это последнее есть, в свою очередь, условие реализации божественного плана устроения мира как на уровне отдельного человека, так и человечества в целом.
       Западный же тип культуры и цивилизации - всего лишь этап, слепая ветвь в глобальной эволюции цивилизации, пришедшая сегодня к кризису и требующая именно от России, как субъекта указанных признаков, перехода на новый уровень своего и мирового цивилизационного развития. Отступление России от своей "самости" равноценно предательству самое себя и усугубляет как ее внутренние противоречия (каждого отдельного человека внутри его "общественного тела"), так и мировой цивилизации в целом.
       И, наконец, последнее. Если "движущей силой" развития общества является не властная воля "произволения", господства и навязывания индивидуальных интересов отдельных групп и партий, а сущностная воля, которая улавливала бы сущностные связи самоорганизационных процессов, будь то экономика, производство, денежное обращение, развитие науки и т.д., составляющие вкупе силу и мощь самоорганизационного процесса, то и проблема управления и структура организации такого общества должны быть подчинены законам самоорганизации, как естественноприродного явления.
       Отсюда вытекает задача научного исследования этой проблемы. Нужен социальный , социально-экономический охват явлений и процессов; необходим выход на ноосферный уровень организации всей социальной деятельности человека и, соответственно, опережающее развитие научных основ управления этой деятельностью, включая научно-техническую, производственную и собственно управляющую функции ноосферы. Необходимо видение мира как единой системы и человека как его регулятора.
       Отсюда, в свою очередь, возникает проблема Человека как открытой системы, его воспитания и образования в соответствии с его сущностной природой воли, "внутреннего знания", духом православия и научного космизма, адекватных Культуре Ноосферы, становящейся культуры Новой Эпохи - Эпохи Ноогена.

        Литература

  1. Руткевич А.М. Пьер Бурдье //Современная Западная социология. Словарь. М.: Изд. полит. лит-ры. 1990. С. 45-46.
  2. Давыдов Ю.Н. Вебер Макс //Современная Западная социология. Словарь. М.: Изд. полит. лит-ры. С. 50-51.
  3. Боулдинг К. Общая теория систем - скелет науки //Исследования по общей теории систем. М.: Наука, 1969.
  4. Дмитриев А.В. Политическая социология США: очерки. Л.: Наука, 1971.
  5. Теннис Ф. Общение и общество //Зомбарт В. Социология. Л.б.г. с. 59-66.

 

Оглавление