УСТОЙЧИВОЕ РАЗВИТИЕ И ПРОБЛЕМА САМОТОРМОЖЕНИЯ

Н.В. Буковская
Томский государственный университет

        Исследуется в широком философском контексте проблема механизма самоторможения как фактора устойчивого развития. Рассматриваются виды, уровни, функции самоторможения, произведена попытка их классификации. Рассмотрены два смысла термина устойчивое развитие - узкое и широкое. Исследовано соотношение самоторможения и саморегуляции.

        Раскрытие механизмов устойчивого развития с необходимостью предполагает исследование процесса самоторможения. Действительно, вследствие чего развитие может приобретать характер довольно устойчивого движения? В какой степени при этом оправдано существование механизмов самоторможения? Всегда ли они носят негативный характер? В процессах самоорганизации открытых систем обнаруживается противоречивость не только хаоса и ускорения, но и торможения. Оказывается, что самоторможение может быть защитой и от ускорения, и от негативного торможения, то есть механизмом переключения, смены темпов и режимов функционирования и развития системы. Оно выступает важной стороной процессов самоорганизации, а также фактором устойчивого развития.

         Разговор об устойчивом развитии есть прежде всего разговор о способности системы к саморегуляции, а значит к самоторможению.

         Понятие самоторможения входит, на наш взгляд, в понятийный блок фиксирующий системные закономерности в области самоорганизации, универсальные характеристики динамики систем и условий развития, так как способы активности систем, процессы самоорганизации связаны не только с ускорением, усилением (возбуждением), но и с замедлением, затуханием, подавлением, которые играют важную роль в возникновении устойчивых структур, в реализации направленности развития (ограничивая возможные направления изменчивости). Самоторможение можно определить как способ регулирования (сохранения или преодоления) системой своего состояния, темпов и направлений развития, в условиях воздействия внутренних и внешних факторов, который реализуется в форме замедления скорости изменений, затухания или подавления самопроизвольных движений, отдельных направлений и форм развития. При определении самоторможения как способа саморегуляции дополнительно тематизируется понятие саморегуляции, как поддержания оптимального режима не только функционирования, но и развития. Смысл вкладываемый в определение самоторможения отвечает видению последнего как многоаспектного и противоречивого явления, которое есть, с одной стороны, условие реализации устойчивости в развитии, а с другой, - формой и условием развития. Данное понятие таким образом конкретизирует развитие как саморазвитие, как нелинейный, противоречивый, саморегулиремый процесс, как ускорение опосредованное торможением, в чем и заключается его философский смысл и что определяет область его методологических и мировоззренческих ориентаций, возможность использования в философских, социальных, культурологических, экономических, политологических и др. исследованиях.

         Рассматриваемое понятие, в силу своей многогранности (одна из его существенных граней эксплицирована посредством понятий отражающих стабилизирующие, упорядочивающие аспекты в развитии, тогда как другая, - дестабилизирующие), вводит в теорию развития соотношения изменчивости и устойчивости, бытия и становления, во всей его сложности.

         Мировоззренческое значение его обусловлено тем, что оно является конституитивным в отношении определения самоуправляемого развития социума, направленность которого возникает благодаря процессам торможения.

         Двойственная сущность самоторможения заключается в том, что являясь средством сохранения и укрепления доминирующей парадигмы оно может быть и механизмом ее преодоления.

         Для конкретизации представлений о самоторможении как о противоречивом и многоаспектном явлении выделим следующие пары антитез, с помощью которых описываются виды и уровни торможения:

  1. позитивное и негативное в зависимости от его функциональной оправданности, характера изменений, к которым оно приводит, и тех процессов, которые становятся объектом торможения. В этом же контексте отмечается направленность торможения как вида развития, его прогрессивный или регрессивный характер;
  2. эволюционное и революционное - по глубине и значимости изменений, происходящих в результате торможения, по характеру самого процесса торможения;
  3. стабилизирующее и дестабилизирующее - в зависимости от отношения к изменениям, от сохранения или преодоления устойчивости;
  4. осознанное или неосознанное (стихийное) - на основании наличия или отсутствия заранее поставленной цели, совпадения или отклонения результата от цели;
  5. безличностный (надличностный) уровень (институты, нормы, ценности, должности и т.п.) и личностный - на основании субъекта-носителя торможения;
  6. по направленности вовне или внутрь - экстравертное и интровертное;
  7. по охватываемой области и масштабности - общее, тотальное и локальное, дифференцированное, структурное макро- и микро-;
  8. по способам осуществления - подавление и затухание, отмирание;
  9. ситуативное и постоянное - в зависимости от продолжительности и интенсивности.

         Многослойность, дифференциация социальных систем, сложность процессов самоорганизации, протекающих в них, влекут за собой разнообразие видов и уровней торможения, отличающихся функциональной спецификой. Диалектика процессов торможения способствует нейтрализации негативных проявлений последнего, придает самоторможению социума характер процесса, пронизывающего всю его структуру и обеспечивающего оптимальность системы саморегуляции.

         Функциональная нагруженность процессов торможения в этом контексте весьма разнообразна. Можно выделить такие, к примеру, функции, как координирующая, систематизирующая, упорядочения, охранительная, преемственности, эвристическая и функция обновления. Координирующая определяется сложностью и дифференциацией системы (социальной, природной, экосистемы и пр.), динамичностью ее развития и связывается с согласованием, установлением и поддержанием оптимальных отношений между процессами дифференциации и интеграции, между темпами развития отдельных отраслей, сфер, регионов и т.д., между природным и социальным. С помощью подавления бесперспективных, второстепенных направлений, а также сознательного самоограничения обеспечивается направленность развития, концентрация рассеянной информации и в конечном счете оптимальность и эвристика результатов.

         С координирующей функцией тесно связана охранительная. Охранительное торможение направлено на сохранение и поддержание достигнутого уровня цивилизации и организации социума. Оно может быть рассмотрено как защитный механизм, реагирующий на внутренние импульсы и внешние воздействия, вступающие в противоречие с существующими стандартами, нормами, принципами. Диалектика позитивного и негативного, сознательного и стихийного, деструктивного и конструктивного в различных формах торможения обеспечивает его роль в процессах саморегуляции.

         Консервативные связи (парадигмы, критерии, нормы), определяющие существование относительно устойчивых периодов и образований, рассматриваются при этом как условие и способ реализации бытия общества (цивилизации) в процессах его развития. Они способствуют накоплению информации и готовят то разнообразие, которое необходимо на новом уровне организации. Однако противоречие между бытием социума и его становлением, согласно которому устойчивые формы, выражающие историческую определенность, постепенно превращаются в выражение его исторической ограниченности, что является основанием существования негативных проявлений консерватизма.

         Смысловой горизонт проблемы самоторможения социума конституируется как пространство, в которым становится возможным экспликация сущности устойчивого развития.

         Становление форм самосознания общества соответствует уровню его глобального воздействия на природу и человека. Идея регулятивного самоторможения выражает современный уровень самосознания социума.

         Одним из ее проявлений выступает концепция "устойчивого развития". Она отражает становление системно-экологического мировоззрения и сопряженной с ним идеи ответственности, которые характеризуют новую социальную рациональность. Последняя предполагает торможение дегуманистических тенденций в развитии цивилизации, препятствует отчуждению техники от природы и человека. Появление в эпоху ускорения научно-технического развития концепции "устойчивого развития" не случайно. Оно выражает новый уровень самосознания современной эпохи, попытки осмыслить и регулировать развитие. Данные попытки предпринимались давно и имеют свою историю.

         Противоречия ускоренного цивилизационного развития, проявившиеся уже в конце XVIII в. привели к появлению идеи стагнации, к всплеску идей самосохранения человечества путем остановки или замедления темпов развития техногенной цивилизации, а следовательно и науки как ее основной составляющей (в дальнейшем эти идеи распространялись на природоохранную сферу, демографические проблемы и пр. По существу они уже содержали в себе идею сознательной саморегуляции социального развития, но выражали ее часто в ультраконсервативной, антиисторичной форме. Так, например, в тот период появилась идея эквилибра (де Местр), то есть создания статичного равновесия в политической и духовной жизни, которое обеспечило бы долговременное сохранение консервативного порядка вещей. Главной силой этого эквилибра выступала папская власть. Предполагалось, что теократия сможет включить в эквилибр и политику и науку.

         Экологические проблемы, проблемы усвоения и переработки все нарастающего объема информации обнаружили предел индустриального общества, поставили задачу переосмысления тех его порядков, которые, ускоряясь, приводят к энтропийным явлениям. Уже в 1973 г. Дж. Белл предсказывает переориентацию общества на другие ценности - на чистую природу и обмен информацией. Примерно в это же время начинает свою деятельность Римский клуб, выдвинув идею "глобального динамического равновесия" и "органического роста". В конце XX в. идея постиндустриального общества находит свое продолжение в концепции становления информационно-экологической цивилизации. Причем становление ее начинает осознаваться и как способ самосохранения человечества, и как результат сознательной эволюции, которую предлагают дополнить "управляемой эволюцией" (Кууси). Идея самосохранения (а следовательно и самоторможения, как одного из его механизмов) приобретает структурный, конструктивный характер, наполняясь подлинным историзмом.

         Мы начинаем понимать историю как реальность, творимую не только человеком, но и природой. Идея самосохранения человечества репрезентируется уже не в романтическом призыве "назад к природе", а в реалистическом - "вперед, вместе с природой", который находит свое выражение в принципе соответствия любой социальной деятельности, в том числе научной и экономической, устремлениям природы, в трактовке эволюции как коэволюции.

         Управляемая эволюция является условием устойчивого развития. Появление концепции устойчивого развития фиксирует тот факт, что попытки регулировать обществом свое взаимодействие с природой поднялись на новую, рациональную ступень, приобретая все больше характер экологической политики. Рациональным и истинным в этом контексте считается то, что полезно для сохранения рода и всего сущего. Именно через экологическую политику человек осознает себя как человечество, а политика приобретает гуманистический вектор развития. Для реализации экологической политики мощным стимулом явилось создание в 1983 г. при ООН Международной комиссии по окружающей среде и развитию с целью выработки "глобальной программы изменений".

         Предложенный ею термин "устойчивое развитие" имел изначально два значения. Узкое - применительно к социально-экономической и природоохранной деятельности и широкое - как стратегия достижения гармонии между людьми и между обществом и природой. Таким образом этот термин приобретает гуманистическое, мировоззренческое звучание, наполняясь общекультурным и цивилизационным содержанием.

         Концепция устойчивого развития достаточно конструктивна, в ней заложен большой эвристический потенциал. Но при условии, если она основана на понимании устойчивости как неравновесной, а не как жестко детерминированной. Статичное равновесие ведет к нарастанию энтропии и гибели системы. Устойчивое развитие должно предполагать не закрытый, а открытый характер системы. Поэтому выход на новый более совершенный уровень цивилизационного развития начинает связываться с преобразованием науки, преодолением ее механистического типа и дегуманистических тенденций развития. Кроме того, устойчивое развитие цивилизации безусловно связано с экогуманистической этикой, которая выступает фактором регулятивного самоторможения. По словам Альберта Швейцера, "если этическое является конституирующим элементом культуры, то закат превратится в восход, как только вновь пробудится этическая энергия в нашем образе мыслей и в идеях, с помощью которых мы пытаемся воздействовать на действительность" [1, с. 69]. Только когда "воздействие на действительность" опосредовано этической рефлексией, возможно избежать негативных последствий.


        Литература

  1. Швейцер А. Культура и этика. М.: Прогресс, 1973.

Назад