ДАЛЬНЯЯ ИНФРАСТРУКТУРА СОЦИУМА И ФОРМИРОВАНИЕ ЦИВИЛИЗАЦИЙ

И.А. Кучин, Л.Б. Сатиева
Физико-технический институт МОН РК, г. Алматы

        Введение. В последнее время, особенно в связи с проблемой устойчивого развития человечества и возможностью глобального противостояния мировых культур [1], ощущается потребность в новых подходах к анализу общественных процессов. Получили развитие миро-системный анализ [2], синергетический подход к истории [3] и другие попытки как-то осмыслить эволюцию земной цивилизации на большом отрезке времени [4]. Мы, например, применяем системно-динамический подход на базе фрактальной модели социума [5]. Согласно этому подходу, общество является природной биосоциальной целостностью (системой), где ключевую роль играет макроструктура социума. В зависимости от конкретных форм этой структуры, функционирование системы может быть более или менее успешным, а само общество более или менее конкурентоспособным и продвинутым в своем историческом развитии.

         Так как законы развития общества объективны, то современное состояние конкретного социума, вид его "лица", в сущности, зависит от двух факторов: от особенностей природной среды, в которой оно локализовано (начально-граничные условия) и которые мало меняются за исторический период времени, и от темпов развития самого общества, которые в свою очередь зависят от структуры социума и взаимодействия его частей. Ввиду ограниченного объема доклада мы обсудим только влияние культурного фактора на институционную структуру общества, и то кратко. Но важно учитывать также биологическую природу людей, фенотипические особенности различных этносов, влияние географических и геополитических факторов среды (например, в духе "географического" детерминизма [6]). Нас интересует, как складывается судьба глобальной цивилизации и судьба более мелких, локальных социо-культурных целостностей, типа России и стран СНГ. Что с ними будет в исторической перспективе: они должны исчезнуть с лица земли, органически вольются в глобальную цивилизацию или создадут новую, альтернативную.

         Функциональные и дисфункциональные цивилизации. Если мысленно выстроить существующие общества по темпам их исторического развития, то получим последо-вательность, напоминающую растянувшуюся в горах цепочку туристов. Кто-то далеко вырвался вперед, а кто-то сильно поотстал и присел отдохнуть. Среди отставших идут разговоры о том, а надо ли вообще куда-то идти (т.е. стремиться к развитию), правильно ли идем, может, существует иной, более короткий путь, имеем ли мы вообще право на туризм (т.е. на прогресс), ведь он, похоже, аморален? "Не известно еще, ради каких культурных ценностей он совершается!" В самом хвосте колонны разговор идет на повышенных тонах. Речь идет о том, что туризм - это продукт чуждой культуры, результат погони кучки алчных людей за успехом. "Он противоречит традициям наших отцов, направлен против нашей страны и наших обычаев, то есть против нас самих. Пока не поздно, надо объединяться, чтобы защитить себя" и т.д. и т.п.

         Впрочем, так ли уж нов этот глобальный цивилизационный кризис? Может, это очередное столкновение старых идейных противников, только в новых, более жестких глобальных условиях, когда уже просто некуда расходиться? Вспомним греко-персидские войны, цивилизаторский поход Александра Македонского в Азию. Может быть, тогда противостояние "Восток-Запад" в наши дни не покажется нам таким неожиданным.

         Согласно Альберту Гору (б. вице-президент США), корни глобального кризиса - в организации конкретных сообществ [7]. По А.Гору, цивилизации могут быть функцио-нальными и дисфункциональными. Функциональной можно считать такую организацию общества, которая обеспечивает эффективными социальными институтами деятельность различных групп населения, направленную на рост конкурентоспособности и выживание общества на данном этапе его развития. Нефункциональной - ту, которая не обеспечивает такой деятельности. А дисфункциональной - ту, которая направлена против самого общества. Она асоциальна. Главу такой системы А. Гор сравнивает с главой неблагополучной семьи, который вместо того, чтобы работать самому и дать образование детям, пропивает последнее имущество. (Читай - распродает ресурсы страны и сворачивает науку и образование собственного населения.) Вершину организационного искусства в настоящее время представляют так называемые сензитивные общества (США, Германия) - государства, где созданы эффективные специализированные системы выявления и ненасильственного устранения (урегулирования) внутренних социальных противоречий, диагностирования внешних вызовов и выработки комплекса ответных стратегий [4].

         Роль инфраструктуры. Откуда берутся и как складываются изначально разные цивилизации ? За примером не надо ходить далеко в историю: они формируются в наши дни, на наших глазах. Скажем, в виде той же "утечки мозгов" на фоне разворачивающейся глобализации, когда масса людей мигрирует в поисках "своей цивилизации". Одни ищут родной язык, песни, танцы, а другие - рациональную организацию общества, в котором можно зарабатывать на жизнь любимым трудом и дать развитие детям. Для таких куль-тура - дело наживное.

         Интересно, что зачатки культуры наблюдаются уже в первобытном обществе, построенном преимущественно на родовых (т.е. биологических) отношениях человеческой популяции. Уже неандертальцы заботились о стариках и инвалидах, украшали могилы цветами. Кроманьонцы увлекались живописью, пели, танцевали. Можно ли эти ростки человечности считать "дикой цивилизацией" ? В смысле культуры - да! А в смысле организованности - нет!

         Общество возникает тогда, когда в стаде начинают преобладать надбиологические, социальные факторы. Например, разделение труда, суды, институт государственности. Причем имущественное (или "классовое") расслоение людей, личная собственность на избыточный продукт (скот) еще не основа для создания государственной системы. Это скорее препятствия к ней (в виде бесконечной борьбы за передел собственности, войны всех против всех.) Этимология слова "цивильный" - мирный, штатский, не вооруженный.

         Трудности формирования монолитного государства голой степи хорошо показаны в трилогии известного казахского писателя Ильяса Есенберлина "Кочевники" [8]. Трилогия охватывает период с XV до средины XIX века и демонстрирует сохранившиеся в памяти народа перипетии борьбы с чужеземными захватчиками за свободу, кровавую усобицу между племенами и родами из-за земель, с правящей верхушкой за имущество, плоды труда своего; борьбу между ханами и султанами за власть над народом. Столетия казахи вертелись в кругу одних и тех же противоречий - как собраться вместе, когда разделения труда нет, естественный центр консолидации отсутствует, а искусственная консолидация воспринимается народом как гнет. Народ готов подчиниться верховной власти лишь на время, в минуту большой опасности (нашествия джунгар, китайцев), но как только она проходит, все снова разбегаются, желая быть свободными. Как строить город в голой степи, если уклад хозяйства и быта требует подвижности: стоит остановить кочевье ради строительства - и ты останешься без средств к существованию (скота) и без защиты (кавалерии). А чтобы присвоить чужой готовый город на юге (Ташкент, Бухара), нужна большая армия, соответствующий пункт её сбора, деньги, налоговая система и т.д. Всего этого не создашь в круговерти кочевья, набегов и клановых разборок. Начинаешь копить силы - и нарываешься на упреждающий удар соседа.

         Другая, во многих отношениях загадочная и интересная страна - Хазария [9]. Для нас она интересна по двум причинам. Во-первых, кочевой образ жизни хазар во многом повторяет казахский пример. Перемещаясь в Х в. в степях к северу от Дербента до ниж-него течения Волги, хазары не имели продуктов сельского или ремесленного производ-ства, которые представляли бы интерес для соседей, т.е. для торговли. Очевидно, они стояли перед теми же проблемами, что и казахский этнос пять - семь веков спустя, и, тем не менее, на их территории удалось создать государство - хазарский каганат. Спраши-вается, как? Во-вторых, это государство быстро и бесследно исчезло. Интересно, почему? Согласно современным исследованиям (см., например, [10]), решающую роль в этом явлении сыграло развитие торговли между далекой Скандинавией (г.Бирка) и арабским миром (Аббасидским халифатом). Она проходила по берегам Каспийского моря, Волги, Дона и Донца, протекавших через хазарские земли.

         Обслуживание большого торгового пути не только давало деньги на содержание наемников (главным образом туркмен), но и обеспечивало стабильные условия для постепенного перехода кочевников к оседлому образу жизни. Особого внимания заслуживает культурная биполярность этого общества. Городская элита была представлена еврейскими купцами, исповедовавшими иудаизм, а основная масса коренного населения (хазары) придерживалась ислама. Два слоя хазарского общества, находившиеся на разных уровнях развития, были, таким образом, культурно обособлены, но социально взаимно необходимы. Управление каганатом шло само по себе, город Итиль (на острове между протоками Волги) с ремесленниками и пригородным хозяйством жил сам по себе, кочевой уклад жизни хазар в степи - сам по себе, а все вместе - развитая сеть социума, где все взаимосвязано и необходимо. Хазария - хороший пример того, как уникальные особенности природных условий (ландшафт, горы, реки) коллимируют потоки людей, создавая центры повышенной концентрации населения, когда становится целесообразным создание определенных общественных институтов (включая государство) для регуляции этих потоков.

         Более подробно (и более обоснованно) процесс становления крупной государственно-сти на базе природной инфраструктуры (речной системы) можно проследить на примере России в книге английских авторов С.Франклина и Д.Шепарда [10]. Согласно этому труду, Россия возникла и поднялась над другими народами благодаря обслуживанию тех же торговых путей, на которых в свое время держался хазарский каганат. Только ее истоки располагались на другом конце водных путей - в бассейне Финского залива и Ладожского озера. Когда аббасидское серебро начало иссякать, южный конец этого серебряного пути перекинулся с востока на запад (с Волги на Днепр) - стала подниматься Киевская Русь.

         Ключевая роль первичной структуры - крупной реки (Египет, Двуречье), удобной бухты (для греческого полиса), устойчивого торгового пути (хазары, Русь) для зарожде-ния определенной формы государственности (и даже цивилизации) хорошо известна по материалам истории. Но роль первичной структуры продолжает работать и в наши дни, в рамках функционикующих социальных систем. Речь идет о структурировании новой, глобальной экономической системы и о ее влиянии на расселение людей по поверхности Земли. Крупные грузопотоки (автобаны) и их пересечения создают области притяжения (аттракторы) для мигрирующего населения. Сначала возникает сфера придорожных услуг (заправки, ремонт, кэмпинги, развлечения), на которую со временем садится сфера производства. Вокруг автобанов создаются пояса населенных пунктов, вокруг городов - агломерации. Масса людей приспосабливается к городскому образу жизни, переселяется из деревни в город, делая крупный шаг в своем развитии, приобщаясь к городской культуре. Вопрос однако в том, к чему в перспективе ведет эта растущая инфраструктура: "развязывает" ли она проблемы нашей страны или, наоборот, "затягивает" их в Гордиев узел. На фоне этих реальных процессов разговоры о поисках некоего третьего, мифического пути развития (не капиталистического и не социалистического) выглядят уже не просто анахронизмом, а форменным идиотизмом.

         Ведь сейчас речь следует вести не о том, по какому пути идти дальше, а о том, чтобы вообще двигаться, а не стоять на одном месте. Нужно как можно быстрее уходить от пропасти национальной деградации .

         Формирование культуры. Н.С. Розов и другие исследователи часто подчеркивают наличие в обществе двух планов реальности: актуальной и мемориальной. Первый представлен современными институтами и слоями общества, второй - "слепками" отживших структур этого общества в сознании людей, в виде иерархии культурных ценностей отжившего социума. В первом действуют элита и средний класс (упрощенно), во втором живет большинство народа. Но мемориальность - это в представлении западной ментальности. Для восточной - культура и религия являются "запевалами" прогресса.

         Когда цивилизация испытывает избыток сил, она начинает распространяться на новые территории. Экспансия восточного типа схематически выглядит так: сначала на некой территории скрытно (через родственников, знакомых) распространяется некое новое учение. Затем, когда набирается достаточно большое числа неофитов, избирается духовный лидер, которому демократическим путем передается ряд административных функций, устанавливаются границы его территории и начинает действовать режим ксенофобии: "Бей неверных!" (Арабский мир, ваххабиты). Экспансия западного мира осуществляется обычно через экспортирование структурных элементов социума (колонии, фактории, базы, фирмы), с последующим обсспечением их безопасности и создания сети новых анклавов. Интересно, что Россия как государство изначально формировалась по западному образцу (варяги и вольные города), а закончила на азиатский манер - созданием абсолютной монархии как функционера Золотой Орды (в смысле сбора дани и поддержания порядка). Территория России расширялась, как правило, за счет продвижения войск, за ними шли колонисты, лояльно относящиеся к коренному населению и его вере. В конечном счете после распада Союза у России не оказалось ни самодостаточной экономиической инфраструктуры, ни монолитного (по вере) населения.

         Сейчас, когда "актуальная" часть нашей цивилизации как бы разобрана для ремонта, есть основание посмотреть, в каком состоянии находится её "мемориальная" часть. И что мы видим: есть этносы, как бы изначально воспитанные в определенном ключе (евреи, японцы), и есть исторические "беспризорники" - так называемые "свободолюбивые" народы, не прошедшие школу воспитания, не знающие ни своего родства, ни происхож-дения, до сих пор ломающие голову в поисках прародины и национальной идеи [11].

         Варяги, будучи в небольшом числе и заинтересованные в сборе высококачественного меха с обширной территории, вынуждены были гуманно относиться к его добытчикам - лесным охотникам - поддерживать мир и порядок на обширной территории, защищать ее от набегов степняков (хазар, печенегов, половцев). Они были заинтересованы в быстром создании стационарных пунктов сбора пушнины, создании мостов, переправ, волок, мастерских (ювелирных и по ремонту лодок, оружия, сбруи), различных защитных и культовых сооружений. Карты с местами обнаружения в последнее 50-летие многочис-ленных кладов серебряных монет наглядно показывают, как быстро распространялась по лесам и рекам предпринимательская деятельность шведских купцов. Началась она где-то в VII-VIII вв., а уже в Х в. на обширной территории потребовалось принятие общей религии для консолидации разноплеменного населения, отправления судебных дел (князья уже не успевали лично присутствовать на всех судебных разбирательствах) и придания соответствующего культурного имиджа молодому государству. Уже фактически объе-диненным массам людей требовалось общее сознание для консолидированного воспри-ятия реальности. Выбрали христианство. Новая религия воспринималась языческими племенами спокойно, поскольку она не сильно навязывалась народу и не задевала его традиционное мировосприятие и культы (согласно Б.А. Рыбакову, язычество на Руси продержалось до ХIII века). Элита общества (варяги) относилась к вопросам религии прагматично и легко шла на ассимиляцию с коренным населением.

         В результате на Руси образовался этнос, толерантно относящийся к своей и чужой вере, к культурным ценностям других народов, готовый прийти на помощь ("…чтоб землю в Гренаде крестьянам отдать…") и не преследующий лично для себя никаких целей. Национальную идею такого этноса можно выразить одним словом - соборность.

         Не здесь ли истоки той драматической пустоты в самом сердце российской культуры, которая не позволяет специалистам определить культурное ядро Евразийской цивили-зации, монопольным доминантом которой является Россия? [4]. Хорошо известны цен-ности Западной цивилизации - свобода, собственность, право, демократия, соревновате-льность, рациональность, критичность. Так же, как Исламской (абсолютизация могущест-ва Аллаха, фатализм, жесткий патриархат, отождествление этики политики, права с нормативностью, заданной в священных книгах, инструментальное отношение ко всему сущему и т.д.), Южно-Азиатской (доминанта Индии) и Дальневосточной (Китай). Состав же культурного ядра Евразийской цивилизации до сих пор считается проблематичным, хотя очевиден приоритет государственности, державности в сочетании с притягательностью полной независимости от всего (типа воли-свободы). Однако эти приоритеты не назовёшь морально-культурными ценностями, к тому же они не образуют систему.

         Мир систем. Цивилизация и культура - такой же тандем, как государство и обще-ство. Государство и общество существуют в определенных границах. Феномены цивили-зации и культуры свободно перетекают через границы. Первые - формально управляются законом, вторые - возникают и развиваются в порядке самоорганизации.

         Мы видим движущую силу социального процесса в определенной структурирован-ности социума-организма, во взаимодействии его частей друг с другом и с окружающей средой, которая, собственно, и поддерживает конкретную форму общества на данной территории. Эту особенность нашего подхода следует отметить, потому что, например, у А.Л. Назаретяна [3] общество выступает как некая неструктурированная термодинами-ческая система (среда), в которой рост технологий (связанный, как мы знаем, с определенными странами) и рост народонаселения (связанный в основном с другими странами) происходит как бы в одном месте и регулируется потоками энтропии и негаэнтропии. В миро-системном подходе изучаются такие исторические системы (минисистемы, мир-империи, мир-экономика), логика функционирования и развития которых в каждый период времени определяется свойствами и отношениями входящих в систему обществ, которые считаются заданными. У Гумилева же источник этногенеза вообще вынесен за пределы планеты. Он определяется всплесками пассионарности населения, которая вызывается биологическими мутациями (предположительно) под действием космического излучения (на чем автор, впрочем, не настаивает.)

         В отличие от цивилизации, у культуры нет собственной структуры. Держава может развалиться (как Рим), а культура останется. Распространение явлений культуры в прост-ранстве повторяет особенности ландшафта и потоки движения в нем людей, то есть географию. Хотя можно отметить существование определенных культурных центров и периферийных субкультур. С угасанием по политическим или экономическим причинам одного культурного центра (ядра), обычно приходят в упадок и периферийные культуры, если не получают подпитку из новых культурных центров. Если иерархию уровней развития цивилизации можно грубо установить по эффективности организации общества, а последнюю - по конкурентоспособности, растущей мощи страны, по степени распростра-нения её влияния на соседние страны, то установить иерархию уровней развития куль-туры не представляется возможным: объективные критерии параметров развития культур отсутствуют. Поэтому культурологи исходят из принципа равноценности всех культур.

         Сейчас уклад жизни, уровень и формы занятости, доходы населения в столичных, провинциальных городах и в глубинке России различаются очень сильно. Россия катастрофически неоднородна как в этническом, так и в социальном плане. Поэтому целесообразны любые консолидирующие акции. Но это должны быть именно действия, а не поиски новой идеологемы для идеологов и новых слов для народа. Прежде всего необходимо развитие системы хороших дорог и поощрения индивидуального хозяйствования как средства воспитания ответственного индивидуального сознания - активной личности. Если в целом ментальность населения не дотягивает до уровня реформ, то не надо будировать все население, строить на этом "большую" политику. На Западе население подключают к реформам лишь в той степени, в какой оно технологически необходимо и способно самостоятельно действовать в направлении реализации намеченных пунктов программы.

         Очевидным следствием более быстрого развития одних стран по сравнению с другими является установление неравноценных партнерских отношений. Более развитая страна начинает пользоваться невостребованными ресурсами отстающей страны (не всегда к её выгоде). Это наблюдение - содержание одного из основных тезисов миро-системного подхода: общества развиваются не сами по себе, а за счет (или с помощью) других стран. При этом, однако, остается в стороне главный вопрос: почему в таком случае средства, поступающие от продажи сырья, не развивают продающую страну? Почему одни государства могут развиваться за счет (или с помощью) других стран, а те - нет? Ответ на этот вопрос нашел Амартий Сена, изучавший причины жестокого экономического кризиса, разразившегося в Индии вскоре после обретения ею независимости. Он в эгоизме элит развивающихся стран. Однако миро-системщики не хотят его видеть.

         Заключение. По мере роста цивилизационного самосознания происходит углубление различий между цивилизациями (С.Хантингтон). Причем различия, определяемые культурными особенностями, в наши дни более глубокие и более существенные, нежели между политическими идеологиями или режимами. При этом под особенностями культуры следует понимать не специфику национального искусства, представляющую определенный профессиональный интерес для художников и музыкантов, а культуру общения, взаимопонимания, самого уклада жизни народа, его псевдоцивилизацию. Приверженность человека к определенному укладу жизни, разделению труда, тради-ционной культурной нише доходит до деления общества на касты. Причем "кастируемые" не видят в этом дискриминации - она им нравится, т.к. освящается традицией.

         Сейчас мы стоим перед столкновением Западной цивилизации с продуктами Восточной культуры. Во избежание III-й мировой войны необходим диалог и выработка компромиссного решения.

         Однако вырисовываются сценарии такого рода: 1) представители одной из культур, уверенные в своем превосходстве, навязывают оппонентам свой взгляд на то, как надо строить общество - диалог теряет смысл; 2) оппоненты формально приходят к компромиссному решению, но не выполняют своих обязательств, и все идет своим чередом; 3) оппоненты ведут диалог, а пока все идет своим чередом - одни прагматично развиваются, другие - думают (ищут собственные пути развития, ожидают инвестиций и проч.). В результате мир покрывается сетью (инфраструктурой) глобальной цивилизации, ядром которой оказываются известные промышленно развитые страны, а остальные остаются внесистемными культурными вкраплениями - резервациями. В них располагаются экзотические сообщества на предмет сохранения культурного разнообразия человечества. Лакуны этих оазисов со временем будут сокращаться, пока живущие в них народы окончательно не уйдут с исторической сцены, как в свое время исчезли с просторов России многочисленные финно-угорские племена, булгары, половцы, печенеги с их идолами и богами.

        Литература

  1. Хантингтон С. Столкновение цивилизаций ? // Полис, 1994, № 1
  2. Wallerstein I. World-Systems Analysis // Social Theory Today. Camb. Engl., 1988. 308 p.
  3. Назаретян А.Л. Цивилизационный кризис в контексте Универсальной истории. (См.дискуссию о ней: НР, № 9, 10. 2001).
  4. Розов Н.С. Общества, миросистемы и цивилизации: синтез парадигм и структура истории. 2000; http//www.nsu.ru/filf/rpha/papers/geoecon/forrach.htm
  5. Кучин И.А., Лебедев И.А. Фракталы и циклы социальных процессов // Фракталы и циклы развития систем. Томск, 2001. С. 25-30.
  6. Кучин И.А. Интровертные и экстровертные территории: проблемы их развития // Материалы конференции "Человеческое измерение в региональном развитии". Биробиджан, 2002.
  7. Gore Al. Earth in the balance: ecology and the human spirit. A Plume Book.
  8. Есенберлин И. Кочевники, кн.1-3. Алма-Ата: "Жазушы", 1986.
  9. Гумилев Л.Н. Открытие Хазарии. М.: Наука, 1966. 189 с.
  10. Франклин С., Шепард Д. Начало Руси: 750-1200. С.-Петербург, 2000. 624 с.
  11. Кобычев В.П. В поисках прародины славян. М.: Наука, 1973. 167 с.

Назад