Оглавление

ЭЛЕМЕНТЫ СОЦИОСИНЕРГЕТИКИ У ФИХТЕ И ВЕБЕРА
Пойзнер Б.Н., Ситникова Д.Л.
Томский государственный университе
т

        Изучение феноменов порядка и хаоса в развитии социально-экономических систем, составляющих тему нашего семинара, предполагает обращение к механизмам появления и распространения новых продуктов человеческой деятельности. Анализ этих механизмов проводится средствами различных наук о человеке и обществе, и имеет давнюю традицию. Социосинергетика (т. е. концепция самоорганизации в социуме) становится сегодня эффективным способом как обогащения традиции, так и рефлексии по поводу самой традиции.
        По мнению авторов, социосинергетика способна послужить "методологическим прожектором", в свете которого стали бы более чёткими многие идеи мыслителей прошлого. Пожалуй, в первую очередь стоило бы направить "методологический прожектор" на те труды, где ожидается найти положения и обобщения, представляющие интерес для самой социосинергетики. Из множества подобных работ, на наш взгляд, целесообразно начать с тех, где речь идёт о социокультурной функции науки, а также о деятельности учёного: и как исследователя, и как педагога.
        Действительно, наука служила и служит главным источником новаций в обществе, определяющих содержание, направление, режим и темп развития социально-экономических систем. По меткому выражению науковеда и физика-ядерщика Ю Неемана, наука - мутаген культуры. Принципиальная непредсказуемость научных открытий, обусловливающих после их технической реализации очередной (постбифуркационный - сказали бы мы) поворот (die Kehre) в культурной эволюции, воспринимается сегодня в ряду основных факторов нестабильности, кризисности нашего мира.
        Именно затяжная кризисность нынешней стадии Постмодерна обязывает обращать внимание прежде всего на такие фигуры, как Фихте и Вебер. Расцвет их творчества совпал с периодами исторических бифуркаций и, возможно, был в известной степени этими обстоятельствами обусловлен. Показательной характеристикой близости их философско-проблемной ориентации оказываются имеющиеся у каждого из них работы [1-3], исследующие сущность учёного - обновителя и транслятора интеллектуальной культуры - в широком контексте назначения человека. Вместе с тем, как мы попытаемся показать, в рассуждениях Фихте и Вебера нередко встречаются смысловые конструкции, которые можно интерпретировать как элементы социосинергетической концепции.
        Перечитывая работы [1-3], авторы находились в кругу представлений о том, что наука -открытая нелинейная динамическая система, в которой имеет место самоорганизация, т.е. установление эволюционирующих пространственно-временных структур [4-6]. Инициатором процессов самоорганизации в науке, как и в искусстве и в культуре en bloc [7], является самовоспроизводящаяся единица информации, называемая в генетике репликатором. В биологии им оказывается ген, а для обозначения репликатора в культуре Р. Докинз ввел - по аналогии с геном - понятие мема ( от англ. memory - память). Мем - часть культуры, которая может существовать самостоятельно, являясь единицей обмена, единицей передачи научного или другого культурного наследия отдельного индивидуума либо социальной группы [8]. Мемы, или, по терминологии Н.С. Розова, культурные образцы [9] (устойчивые инварианты активности восприятия, мышления и поведения), могут служить инициаторами, агентами самоорганизации в социокультурной системе, поскольку они способны объединяться, адаптивно изменяться ("приспосабливаться"), конкурировать друг с другом в процессе "овладения" нашим мышлением и поведением. Понятие культурного образца (мема) позволяет перейти к дискретному описанию процессов в социокультурной сфере и на основе этого строить квалифицированные модели самоорганизации, хаотизации и т. д.
        С точки зрения Фихте, истинным учёным может быть назван лишь тот, кто через учёное образование эпохи достиг познания божественной идеи [2, с. 172]. Курсив Фихте здесь не случаен, так как возможны, видимо, и другие пути достижения истины, но человек, познавший божественную идею (это понятие является центральным в философии Фихте [2]) не через современное ему образование, есть человек необразованный, он не может "ни теоретически сообщить другим своё познание по твёрдому правилу, ни непосредственно реализовать его прагматически в мире" [2, с. 172]. Только посредством учёной школы, только обладая знанием своей эпохи и средств, которыми можно воздействовать на неё, - пишет Фихте, - можно заслужить право называться настоящим ученым.
        "Твёрдое правило", выступающее в данном контексте условием успешной научной и вообще межличностной коммуникации, логично интерпретировать в качестве репликатора. Необходимым условием возможности обмена репликаторами между людьми является способность воспринимать, распознавать чужие и "новые" культурные образцы (репликаторы) как методы решения традиционных или впервые возникших проблем. Задачу формирования и развития этой способности, особенно актуальной в контексте восприятия культурных образцов смены культурных образцов, выполняет прежде всего образование (формальное и неформальное). То самое "учёное образование", без которого, по словам Фихте, ученому "недоставало бы знания своей эпохи и средств, какими можно воздействовать на нее" [2, с. 172]. В числе таких средств, заметим, должны быть, во-первых, мемы трансляции мемов, называемые Фихте "твердыми правилами", благодаря которым возможно "теоретически сообщить другим свое познание", координируя тем самым ход научной деятельности и реализации её результатов. Во-вторых, культурные образцы перехода к конкретным практическим действиям от абстрактного теоретического знания, позволяющие "непосредственно реализовать его прагматически в мире" [2, с. 172]. В-третьих, мемы смены "старых" мемов, не удовлетворяющих запросам, потребностям, ценностным установкам эпохи, не решающих проблем эпохи.
        Показательно, что в размышлениях Фихте ключевую роль играет динамика общества, движение вперед. Основанное на различии сословий, движение это, по мысли Фихте, происходит благодаря обмену между индивидуумами продуктами их личной эволюции, так как каждый выбирает для себя определённую отрасль всеобщего развития, предоставляя остальные другим членам общества и ожидая, что они дадут ему возможность воспользоваться преимуществами их развития, подобно тому, как он даёт им возможность воспользоваться своим [1, с. 43]. Естественно спросить: что же является квантом такого обмена, т. е. передачи культурной продукции, созданной индивидуумом или группой? Тексту Фихте отнюдь не противоречит ответ, заимствованный из социосинергетики: набор мемов - неких исторически изменчивых единиц культурного (в том числе научного) наследия. Причём набор этот есть и результат, и движитель как индивидуального, так и всеобщего развития, о котором пишет Фихте.
        Обращает на себя внимание, что процесс становления начинающего ученого, процесс превращения его в совершенного ученого описан у Фихте как "непроизвольный", случайный. К становящемуся ученому мчатся со всех сторон "искры света и открывают перед ним высший мир, но эти искры ещё не соединяются в единое целое; они вновь исчезают перед ним так же непроизвольно, как и явились ему" [2, с. 174]. Именно непроизвольно, может быть, самопроизвольно, спонтанно. Этот образ у Фихте близок синергетическому пониманию механизмов творчества, согласно которому процесс становления ученого (безусловно, творческий) очень плохо поддаётся регулированию или совсем неуправляем [5].
        Макс Вебер в докладе [З], прочитанном в Мюнхенском университете в 1918г. (через 113 лет после лекций [2] Фихте), затрагивает ту же тему. Он предупреждает: "Научный работник должен примириться также с тем риском, которым сопровождается всякая научная работа: придёт "вдохновение" или не придёт? Можно быть прекрасным работником и ни разу не сделать собственного важного открытия" [3, с. 710]. Известно, что ныне формируется синергетическая интерпретация динамики мышления [10, с. 87], творчества как игры и синергетики как "весёлой науки" [11, с. 70-72] (термин восходит к Ницше). А это оказывается свидетельством того, что Вебер безошибочно выделил "вдохновение", в качестве "самого главного" [3, с. 709] фактора научной продуктивности.
        Смысл научной работы как духовного труда, как производства культурных образцов Вебер трактует иначе, чем Фихте. Для Вебера "научная работа вплетена в движение прогресса" [3, с. 711]. Обладая социологической интуицией, он сразу же подчёркивает отличительное свойство культурных образцов, используемых и создаваемых в науке: они принципиально временны, преходящи. "Каждый из нас знает, что сделанное им в области науки устареет через 10, 20, 40 лет" [3, с. 712J. Что же сие значит? " Таков смысл научной работы, которому она подчинена и которому служит, и это как раз составляет её специфическое отличие от всех остальных элементов культуры...". Прервав цитату, заметим, что с её содержанием вполне коррелируют представления о предпосылках самоорганизации научного знания, чей очередной акт совершается всякий раз, когда устаревание знания порождает неустойчивость в динамической системе науки, подводя её эволюцию к точке бифуркации [4-6].
        Продолжение цитаты, на наш взгляд, демонстрирует то преимущество веберовского интеллекта, которое теперь называют нелинейным (или синергетическим [11, с. 71]) мышлением: "...всякое совершенное исполнение замысла в науке означает новые "вопросы".. В принципе этот прогресс уходит в бесконечность" [3, с. 712]. Как известно, нелинейность системы проявляется в зависимости её свойств от интенсивности, скорости и др. характеристик протекающих в ней процессов. Упоминаемые Вебером "вопросы" есть та ситуация, которою наука как система отзывается на новые мемы, возникшие в результате исполнения научного замысла. В свою очередь, найденные ответы на "вопросы" порождают новые, изменяя ситуацию, в которой предстоит исполнять новый замысел, etc. Именно нелинейный характер развития науки делает неизбежным время от времени наступление неустойчивого состояния, благодаря которому оказывается возможной смена научной парадигмы - в результате доминирования в ходе конкуренции наиболее "успешного" культурного образца в момент бифуркации [б, 7].
        У этого наблюдения Вебера имеется ещё один аспект. По мнению С. Айзенштадта, исследователя Вебера, в его социологической концепции значение науки, выступающей как символ непрерывных инноваций и экспансии рациональности, в значительной мере основывалось на том, что наука символизировала слияние целерациональности и ценностной рациональности (цит. по [12, с. 337]). По Веберу, целерациональная деятельность проявляется тогда, когда человек, избрав ясную цель, выбирает оптимальные средства для ее достижения. Но "различные ценностные порядки мира находятся в непримиримой борьбе" [3, с. 725] (что типично для любых мемов, конкурирующих за управление восприятием, мышлением, поведением всегда количественно ограниченного сообщества людей). Несовместимость наиболее принципиальных жизненных позиций приводит к необходимости выбирать между ними [3, с. 730]. (Согласно Р. Бендиксу, Вебер вовсе не игнорировал тот факт, что в человеческом поведении очень много непоследовательного и бездумного. Он знал, что в повседневной жизни люди не вникают в сущность своих обычаев, на соблюдении которых они настаивают в силу "бездумного подражания" [13, с. 573-574].)
        Логично полагать, что набор "принципиальных жизненных позиций", а также набор различных средств для проведения этих позиций в жизнь являются комплексами культурных образцов. Какова же здесь роль науки? Наука, во-первых, - утверждает Вебер, - разрабатывает технику овладения жизнью: как внешними вещами, так и поступками людей - путем расчёта. Т. е., выражаясь языком социосинергетики, наука генерирует множество культурных образцов. Во-вторых, она разрабатывает методы мышления, рабочие инструменты и навыки обращения с ними (это тоже культурные образцы), и, наконец, содействует в обретении ясности [3, с. 729]. Ясности в чём? Разъясняя последнее положение, Вебер касается педагогической миссии учёного, которая в социосинергетическом плане, очевидно, связана с передачей воспитанникам чрезвычайно важного комплекса ядерных [9, с. 38-39] культурных образцов - репликаторов ценностного содержания.
        Итак, в трудах [1-3] Фихте и Вебера можно выявить ряд обобщений, которые есть основания квалифицировать как элементы социосинергетики.

Литература

  1. Фихте И.Г. Несколько лекций о назначении ученого/УСоч. в 2-х томах. Т.2.- СПб. Мифрил, 1993.С.7-64.
  2. Фихте И.Г. О сущности учёного и её явлениях в области свободы// Фихте И.Г Наставление к блаженной жизни. - М.: Канон+, 1997. С. 169-258.
  3. Вебер М. Наука как призвание и профессия //Вебер М. Избр. произв. - М.: Прогресс, 1990 С.707-735.
  4. Яблонский А.И. Математические модели в исследовании науки. М.: Наука, 1986. С. 92-112.
  5. Князева Е.Н. Одиссея научного разума. М.: Наука, 1995. - 230 с.
  6. Мелик-Гайказян И.В. Информационные процессы и реальность. - М: Наука, 1998. 192 с.
  7. Пойзнер Б.Н. О "субъекте" самоорганизации // Изв. Вузов - Прикладная нелинейная динамика. 1996. Т.4. С. 149-158.
  8. Розов С.М. Дарвинизм и эпистемология: генетика и меметика // На теневой стороне. -Новосибирск: НГУ, 1996, С. 311-338.
  9. Розов Н.С. Структура цивилизации и тенденции мирового развития. - Новосибирск: НГУ, 1992.213с.
  10. Николис Дж. Хаотическая динамика лингвистических процессов и образование паттернов в поведении человека/УВопросы философии. 1997. № 3. С. 85-89.
  11. Князева Е.Н., Курдюмов С.П. Антропный принцип в синергетике // Вопросы философии. 1997. №3. С. 62-78.
  12. Гайденко П.П., Давыдов Ю.Н. История и рациональность: Социология М. Вебера и веберовский ренессанс. - М.: Политиздат, 1991. 367 с.
  13. Бендикс Р. Образ общества у М. Вебера/УВебер М. Избранное. Образ общества - М.: Юрист, 1994. С. 567-588,

Оглавление