Оглавление

РОЛЬ НАУКИ В УПРАВЛЕНИИ ГОСУДАРСТВОМ

А.В.Поздняков

Институт оптического мониторинга СО РАН, Томск

        В год 275-летия Российской академии наук не сказать о роли науки в жизни общества невозможно. В настоящее время наука способна на решение самых сложных задач в познании секретов строения и динамики материи, законов природы, путей практического использования знаний на всеобщее благо, в том числе и на сохранение среды обитания. Наука в России показала свои способности не только в проведении экспериментальных исследовавний и их теоретическом обобщении, но и в конкретных известных миру практических делах. Создание ядерной энергетики, космических станций и повседневной, но очень важной в жизни людей техники и технологии осуществлялось учеными.

        Почему же наука не оказывает действенного влияния на политические процессы и никогда не допускалась к управлению государством? Ни в западных странах, относящихся к высшей степени цивилизованности, ни тем более в России.

        Отвечая на этот вопрос, необходимо напомнить о том, что же такое наука.

        Наука – это искусство, но это единственное из всех видов искусств, которое не может быть политическим. Она не может отражать интересы ни большинства, ни меньшинства, ни тем более личности. Она призвана выделять реально существующие системы, строить абстрактные системы - аналоги реальных, с тем, чтобы выявить закономерности их строения и динамики. И для того, чтобы, поняв целесообразность устройства функционирования природных систем, учиться целесообразно действовать самим и учить этому других. Только наука - единственная из всех видов искусств - может и должна быть надпартийной. Все остальные виды искусств прямо или опосредованно, осознанно или нет, в большей или меньшей мере, но служат политике, а конкретно - той власти, которая возглавляет государство в данный момент. Таковыми же, но еще в большей мере являются и средства массовой информации, комплиментарно называемые “четвертой властью”, - этим самым подчеркивается ее непосредственное отношение к политике.

        Наука же, служащая политике, теряет свойства науки и перестает быть таковой. Примером этому может выступать экономика. И, может быть, поэтому существует мнение [1], высказанное, например В.М. Полтеровичем [2] в докладе на научном семинаре на бюро Отделения экономики РАН, что “современная экономическая теория находится в глубоком кризисе”, что она “не сумела найти эффективные решения насущных проблем экономической политики”. Не сумела найти решений, по моему убеждению, потому, что служит и служила политике и, следовательно, конкретным личностям. Экономика во все времена привлекалась к обоснованию выдвигаемых политиками положений, она “украшала” политику, даже и ту, которая была абсолютно бездарной и несла вред государству.

        В переломные периоды развития государства саморазвивающийся хаос, демократия порождает крайнюю неопределенность состояния общества, что характеризуется потерей свободы, она оказывается красивым миражом, иллюзией. Хаос сопровождается неупорядоченностью действий, глубокой апатией и пессимизмом людей, вызывает неопределенность их положения в пространстве, во времени и в самом социально-экономическом и политическом процессе. Это состояние несет в себе опасность развития крайне нежелательных политических процессов. Для решения государственных проблем необходимы научные знания, уменьшающие неопределенность и предполагающие повышение упорядоченности и действий, и результатов от них.

        Рассматривая роль науки в управлении государством, имея в виду при этом прежде всего научные направления естествознания: физики, математики, биологии, экологии и философии в лучшем ее смысле, как науки синтезирующей различные знания, нельзя обойти вопрос о детерминированности и индетерминированности природных процессов, включая и социально-экономические. Особенную важность он приобрел в последние годы, с развитием так называемой теории диссипативных структур, далеких от равновесия [3, 4]. На мой взгляд, именно эти проблемы явились разделом во взглядах между учеными естественниками и экономистами.

        Известным положениям И.Пригожина можно было бы не придавать большого значения, если бы они сейчас не стали модными в кругах экономистов, а за ними и политиков. Воззрения Пригожина позволяют подвести обоснование практически под любые ошибочные, а порой и умышленно направленные в определенное русло политические действия. Так, если в социально-экономических процессах невозможно, “употребив свой разум, устранить...нежелательные явления посредством все углубляющейся мыслительной рефлексии, все более целесообразных проектов и все более “рациональной координации” предпринимаемых действий” [5, с. 95], если прогноз развития экономических отношений невозможен, то, естественно, невозможно и планирование их будущего развития. В принципе невозможна целесообразная деятельность в этом отношении. Есть только “невидимая рука”, объективно и целесообразно распределяющая производимые блага между членами сообщества. Задача сводится к тому, чтобы только не мешать действовать этой “невидимой руке”, введя для этого в практику идеологию “lassez-fair”.

        Ошибочность данного положения следует из того, что в нем учитывается только один отрезок развития системы из ее полного цикла - стадия термодинамически равновесного состояния, когда система переходит в установившийся режим развития (климаксное состояние в биосистемах) и изменения в ней протекают настолько медленно, что и промежуточные состояния кажутся равновесными. В этот период действительно процесс воспринимается как обратимый и кажется возможным восстановление как прошлых, так и будущих состояний системы.

        Можно утверждать, что механизмы фундаментальных законов развития материи выявлены для состояния равновесия систем. Закон всемирного тяготения совсем не свидетельствует об “эквивалентности между прошлым и будущим” и не создает конфликта “между обратимым временем (как, например, в ньютоновской физике) и необратимым становлением нового (как в термодинамике). Ньютоновские законы и вообще законы физики тоже описывают необратимо протекающие термодинамические процессы. Но они сформулированы применительно к состоянию, к которому процесс спонтанно стремится, и при этом заведомо осознается, что это состояние - абстракция, оно невозможно практически, как невозможно одно из фундаментальных положений физики: свободное тело (не испытывающее никаких внешних воздействий со стороны других тел) движется равномерно и прямолинейно - закон, характеризующий детерминированно и обратимо протекающий равновесный процесс. Но использование именно этого закона позволяет описывать нелинейно и необратимо протекающие неравновесные процессы. Достаточно ввести изменение в определенном порядке масс взаимодействующих тел, как соответствующим образом начнут меняться радиусы орбит планет.

        В современной теории свободной конкуренции считается, что разумное, планируемое управление, “рациональная координация принимаемых действий”, сознательный замысел не только невозможны, но и пагубны. Ф.Хайек, например, полагает, что эти попытки есть не что иное, как досужие необоснованные философствования “профессиональных торговцев подержанными идеями”, интеллектуалов-дилетантов, далеких от понимания сути социально-экономических процессов людей, и не только журналистов и писателей, но и известных всему миру ученых, например, А.Эйнштейна, Ж.Моно, Б.Рассела и многих других. И как практическое подтверждение этому приводит несостоятельность плановой экономики. Предметом критики Хайек избрал высказывания выдающихся ученых современности.

        Так, Жак Моно, крупнейший ученый, основатель современной молекулярной биологии, лауреат Нобелевской премии, в своей знаменитой книге “Случайность и необходимость” призывает признать науку новым и практически единственным источником истины и, соответственно, пересмотреть основы этики. “Новая этика познания (имеется в виду этика, следующая из научного миропонимания) не навязывает себя человеку; напротив, именно он навязывает ее самому себе”. По словам Ж.Моно, эта новая этика познания - “единственная позиция, которая одновременно и рациональна, и последовательно идеалистична, и на которой может строиться реальный социализм” [цит. по 5, с. 99]. Хайек же считает, что этика, нравственные отношения, добрые традиции в обществе сохранились и развиваются благодаря религии. Однако на самом деле не религия несет нравственность; она учит нравственности, но не предполагает практического ее развития и распространения, о чем свидетельствует вся история развития цивилизации.

        Английский писатель и литературовед Э.М.Форстер полагал, что “освобождение человечества от пороков “торгашества” стало столь же настоятельным, как в свое время было освобождение от рабства” [5, с. 103). Но особенно интересными на этот счет являются воззрения А.Эйнштейна. Как пишет Ф.Хайек, этот, возможно, величайший гений нашей эпохи, используя популярный социалистический лозунг, был уверен, что (далее слова Эйнштейна) “производство ради удовлетворения потребностей должно прийти на смену производству ради прибыли, присущего капиталистическому порядку”. А.Эйнштейн считал самоочевидным, что разум человека в состоянии найти способ распределения столь же эффективный, как и способ производства.

        Ф.Хайек обращает внимание и на то, что А.Эйнштейн часто повторял “клише социалистической агитации об анархии капиталистического общества”, в котором (слова Эйнштейна цитируются по Хайеку) “оплата рабочих не соответствует стоимости производимого ими продукта... В то время как в плановой экономике...весь объем работ, которые необходимо осуществить, станет распределяться среди всех, способных к труду” [5, с. 105].

        Воззрения А.Эйнштейна поддерживались Б.Расселом, английским математиком, логиком, философом и общественным деятелем, лауреатом Нобелевской премии, утверждавшим, что общество нельзя считать научно организованным до тех пор, пока “...в нем не создана особая структура для достижения сознательно намечаемых целей” [5, с. 104].

        Близких взглядов придерживался немецкий физик-теоретик Нобелевский лауреат Макс Борн, полагавший, что традиционные этические принципы следует заменить “методами, свойственными ученому-естествоиспытателю”.

        В целом Ф.А.Хайек принижает роль сциентического мировоззрения в социально-экономическом развитии, считает науку не способной прогнозировать социальные процессы, а ее достижения не применимыми к экономической теории и практике [5, 6]. Ф.А.Хайек не учитывает важной в научном творчестве способности некоторых, как правило, талантливых людей к интуиции. Согласно же современным научным представлениям в психологии и философии, бессознательное, подсознательное в творческом процессе имеет колоссальное значение.

        Творчество, в котором значительную, а порой и определяющую роль играют “запороговые знания”, называют креативным [7]. У талантливых, гениальных людей креативные способности в процессе изучения сложных природных процессов развиваются и совершенствуются до такой степени, что они могут прогнозировать развитие и других явлений, например социально-экономических. Прогноз развития социосистем становится возможным и потому, что, занимаясь проблемами естествознания, исследователи не могли не осмысливать и социально-экономические процессы, свое бытие, окружающий их мир. Другое дело, что они не написали по данной проблеме крупных сочинений, но в их итоговых выводах присутствует параллельно протекающее осмысление ими социально-экономических и политических событий, в которых они оказывались.

        Ошибочно полагать, что физические, химические, биологические и др. процессы менее сложны, чем экономические, и что поэтому “интеллектуалы”, занимающиеся естествознанием, не способны дать строгую научную оценку сути экономических процессов. Обыкновенно простым кажется то, что открыто, изучено и легло в основу миропонимания. Теперь оно воспринимается как то, о чем и “чайникам” известно. Сложность развития социально-экономических процессов признают и ученые естествоиспытатели, возможно даже, они эту сложность понимают глубже, чем экономисты.

        Различия взглядов экономистов и естественников на проблемы детерминированности и индетерминированности (неопределенности) так или иначе связаны еще и с различным отношением к понятию время.

        И.Пригожин убежден в объективности существования времени. “Почему Эйнштейн любой ценой стремился исключить время, выступающее как необратимость, из фундаментальных уравнений физики? Ведь он, как и любой другой, отлично знал, что стареет день ото дня. Что он имел в виду, когда утверждал, что время - это иллюзия?”, - спрашивает И.Пригожин и с сожалением констатирует: “Отрицание времени стало частью научного кредо… Феноменология также отвергает стрелу времени. Но что это за наука, которая отбрасывает жизнь, и чего мы стоим, превратившие эту науку в феноменологию?” [4].

        Пригожин не понял, что время - это введенная человеком абстрактная мера длительности протекания процесса. Это очень простое, но гениальное, имеющее фундаментальное значение в развитии науки и цивилизации в целом понятие основано на измерении длительности одного процесса делением на другой. Буквально, время - это количество частей одного процесса в другом, длительность протекания которого мы измеряем. Поэтому мысль - это направленный биохимический процесс с затратами энергии и вещества, а его длительность измеряется угловыми секундами, минутами и градусами - величиной угла поворота Земли вокруг своей оси или вокруг Солнца, т.е. процессом. В жизни для измерения длительности протекания того или иного процесса мы пользуемся часом, представляющим собой длительность автоколебательного процесса, соответствующую определенному углу поворота Земли.

        Фундаментальные законы физики обходятся без времени, потому что они характеризуют постоянство функциональных соотношений при постоянных же условиях. К этому постоянству, выступающему в качестве некой цели - аттрактора, направлена последовательность событий, образующих процесс. Таким образом, объективно существует“стрела процесса”, но не стрела времени.

        Детерминированно и индетерминированно развивающиеся процессы, как и “определенность” и “неопределенность” развития, неразделимы в том отношении, что они переходят друг в друга, характеризуя полный цикл развития систем. Собственно, только благодаря детерминированности развития природные явления различной сложности становятся познаваемыми, и на этой основе появляется возможность развития науки и современного промышленного производства во всей его сложности. Детерминированные законы не характеризуют развитие, они характеризуют постоянство функциональных соотношений. Без познания этих соотношений принципиально невозможно раскрытие индетерминированно протекающих неравновесных процессов, а без этого невозможно получить представлений ни о циклах развития целостности, ни о характерном времени ее развития. Следовательно, закрываются возможности прогнозирования процессов.

        Методологически процесс познания естественных и социальных явлений может начаться только с познания детерминированных законов природы, совершающихся “всегда и всюду с одинаковой необходимостью”, затем познается индетерминированная часть – динамика и развитие системы.

Теория экономики не рассматривает причинно обусловленные взаимосвязи в отношениях между экономическими и экологическими системами. При этом по умолчанию полагается, что прогрессивное развитие социально-экономических систем заключается в неограниченном росте промышленного производства, добычи полезных ископаемых и их использовании, росте информации и т.д., то есть всего того, что уменьшает зависимость человека от стихии природы; полагается, что предела развития возможностям человека в освоении природы, в покорении ее нет, и, следовательно, человек может развиваться до состояния всесильного существа.

        Современные теоретики рыночной экономики исключают из поля рассмотрения среду обитания. Им кажется, что проблема дефицита жизненного пространства и ресурсов не является насущной, по крайней мере, по их мнению, не этим определяется будущее цивилизации. Однако в отношениях социосистем и экосистем управляющие функции принадлежат природе, хотя бы потому, что общество есть составная и меньшая часть среды как системы. Причем социосистема на настоящем этапе развивается на основе положительных обратных связей, а управляющие функции экосистемы осуществляются через обратную отрицательную связь. По мере роста продукивности социосистем увеличивается демпфирующее воздействие на них природы. Собственно, этим и обусловливается развитие социосистем с насыщением, по логистическому закону. Следовательно, встает вопрос об осознанном отношении к конкуренции, к действию принципа спрос-предложение-цена и принципа laissez-faire. Принцип наименьшего или полного невмешательства государства в рыночный социально-экономический процесс на настоящем этапе развития цивилизации недопустим.

        Складывающиеся социально-экономические обстоятельства и состояние реформ в России в целом показывают, что научные методы прогнозирования развития социально-экономических и политических процессов российскими политиками вообще не применяются. Реформы в России являются простым копированием рыночной экономики по западному образцу, без учета того обстоятельства, что за 200 лет существования в ней накопились все формы эволюции данной системы - с эмбриональной части развития до современной классической формы. Надо учитывать и то, что социально-экономический рыночный организм формировался в условиях кажущейся неограниченности ресурсов и жизненного пространства.

        Конечно же, в сложных социально-экономических процессах необходима децентрализация и создание условий для самоорганизации и саморегулирования. Но сейчас человечество подошло к этапу, когда самоорганизация не может быть свободным, ничем не ограничиваемым процессом. Ибо, развиваясь свободно, она приводит к стихийному формированию предела развития социосистем. При этом качественно меняются функциональные отношения в социосистемах и между ними. Теперь без планирования общество развиваться не может. Природа нас подталкивает к плану, и мы должны идти к нему сознательно. Другое дело, каким должен быть план, каких сторон социально-экономического процесса он должен касаться и на каких уровнях. Очевидно, необходимо разумное сочетание децентрализации с ограничиваемой свободой предпринимательства и самоорганизации. Нельзя отрывать экономический процесс от экологического.

        Теперь, когда стало ясно, что “отходы, выбрасываемые в окружающую среду, более не исчезают, а возвращаются, чтобы поразить болезнями тех, кто произвел их, и тех, кто живет рядом с ними и далеко от них” [8], человечество стоит на пороге возрождения и развития новой религии - неостоицизма, основанного на сциентическом мировоззрении, доказывающем и опытом и теорией, что Бог - это всемогущие, повсеместно проявляющие себя законы движения и обусловливаемого ими развития материи в самых разнообразных формах проявления. И поскольку законы природы есть не что иное, как наиболее высокоупорядоченное действие из всех возможных, предполагающее направленное движение, то оно становится целесообразным. Удел человека познавать законы не для подчинения себе природы, что невозможно, а для совместного с ней целесообразного упорядоченного взаимодействия. Из этого следует, что, производя новый вид продукции, не встречающийся в природе, или получая новую форму энергии и вещества, необходимо, чтобы они соответствовали целесообразности природы, и тогда отходы человеческой деятельности не будут являться загрязнениями.

        Сциентическое мировоззрение предполагает высокий уровень нравственности общества.

        Ф.Хайек считает, что бок о бок с высокоразвитой, довольно сложной системой морали в обществе существуют “примитивная теория рациональности и примитивная теория науки, поощряемые конструктивизмом, сциентизмом, позитивизмом, гедонизмом и социализмом, - что говорит не против разума и науки, но против этих теорий рациональности и науки и определенных способов применения их на практике” [5, с.119]. И тут же Хайек объявляет “о способности экономистов, специалистов, понимающих процесс формирования расширенных порядков, объяснить те традиции морали, которые сделали возможным развитие цивилизации”. Это: 1) врожденная мораль наших инстинктов (солидарность, альтруизм, групповое принятие решений); 2) благоприобретенные нравственные правила (бережливость, уважение к собственности, честность).

        С этим можно согласиться, но перечисленных моральных качеств совершенно недостаточно для развития нравственности. И уж тем более нельзя считать предосудительным конструирование морали на основе сциентизма. Есть главная пружина развития нравственных отношений, выявленная всем ходом развития цивилизации, которую Хайек не учитывает; и именно это, по нашему мнению, лежит в основе ошибочности его положений. Бескорыстный труд во благо других членов общества; совместный, общественно необходимый труд; распределение результатов труда по вложенному труду – вот главные принципы, которые обусловливали развитие нравственности и на основании которых формировались отношения между людьми и христианская мораль [9].

        Пока Земля человеком воспринималась как огромное, незаполнимое пространство, с неисчерпаемыми ресурсами, можно было мириться с безличным процессом распределения ресурсов и результатов труда; можно было мириться и с тем, что индивиды, действуя каждый в своих интересах, не знали, каким же будет результат их общего взаимодействия. Сейчас, когда всем людям стало понятно, что мы живем в космическом аквариуме, имеющем конечную емкость и запасы ресурсов; когда известно, сколько на этом космическом корабле “отсеков”, количество населения в каждом из них и на сколько лет еще хватит ресурсов для проживания и пр., - свобода действий каждого индивида ради удовлетворения собственных потребностей, вне зависимости от того, удовлетворяют ли они других, ведет к формированию неопределенных аттрактивных целей - “блуждающих мишеней”. Сейчас задача сводится к тому, чтобы неизвестные нам решения, принятые неизвестными нам людьми для достижения собственных целей, в неаддитивной сумме давали бы движение к сознательно определяемой цели, были бы целесообразными и не выходили бы за рамки целесообразного взаимозависимого развития природы и общества. Для этого и требуется разработка правил поведения, предполагающих саморазвитие нравственных отношений, что, собственно, и будет означать свободу как осознанную необходимость.

        Христианская мораль сформировалась на основе двух жизненных опытов. Первый основан на вопиющей несправедливости в отношениях между народами, между людьми одной страны, одинаковой культуры, традиций и языка, между властителями и их подчиненными, между рабами и рабовладельцами; вследствие этого опыта были загублены многие сотни миллионов жизней. Другой опыт, прямо противоположный первому, основан на бескорыстных проявлениях доброты и справедливости, во всех их формах, вплоть до самопожертвования ради благополучия и счастья соплеменников. В соответствии с этим формировались представления о Боге и его противнике Бесе.

        Борьба “за чистого, истинного, единственного Бога” продолжается и, можно сказать, усиливается и обостряется в наше время. На современном этапе развития цивилизации анализ ситуации, складывающейся из взаимодействия человека с природой, и результаты начных исследований подводят к пониманию, что Бог - не освященное человекоподобное существо, а проявление законов развития природы. Сумма этих законов и есть Бог, и он действительно вездесущ, всемогущ, бессмертен и непостигаем. Его волею создаются и разрушаются солнца, планеты, жизнь. К такому Богу вполне применима характеристика “чистой идеи Бога”, данной в Ветхом завете: “Этот истинный Бог не терпит ни изображений, ни подобий, не придает значения культу и жертвам, храмам и обрядам, законам, а требует только праведной жизни и любви к человеку”.

        Вместе с борьбой за истинного Бога преобразуется и нравственность. Она во все большей мере становится связанной с разумом, с научным познанием истины и опытом, с непосредственными результатами взаимоотношений людей в течение всей истории развития цивилизации и в настоящий период времени, когда особенно контрастно проявились противоречия между обществом и природой и стали ясными их причины.

        Нравственная индифферентность получает развитие не потому, что ослабевает вера в библейского Бога, а в связи с тем, что создаются условия, которые порождают безнравственность. Люди одной националности и веры, помолясь одному и тому же Богу, идут убивать друг друга, не потому, что каждый из них безнравственен. Они делают это по воле политиков - людей, получивших власть, с помощью которой они сталкивают своих соплеменников в смертном бое для достижения своих корыстных целей, чаще всего для еще большего расширения власти. Нередко утверждается, что эта борьба объективна, что она есть проявление диалектических законов, обусловливающих развитие общества. Но существует и другая борьба, основанная на нравственных началах, например, борьба научных идей.

        Развитие науки и научного мировоззрения широких слоев общества ведет не только к формированию единой веры, но и к развитию нравственности, к самоограничению, признанию необходимости соответствия своего поведения требованиям правовых норм.

        Исторически религия, всегда притязавшая на исключительность, на истину в последней инстанции, в том числе в воспитании нравственности, на самом деле следовала за наукой, сдавая ей одну за другой свои позиции. И постепенно одна часть религиозных представлений становится реликтами, другая превращается в народные традиции, третья растворяется в научных теориях.

        План развития цивилизации существует, но только в том отношении, что он формируется всеобщими законами самоорганизации и развития материи. Весь Космос развивается направленно в соответствии с этим планом. Человек не может выйти из границ действия этих законов, но он может познавать их и, следовательно разгадывать план действий природы. Человек обладает принципиальной возможностью участвовать в этом планировании и даже корректировать планы природы (например, предотвращать столкновение с Землей астероидов), но главное - его действия должны быть в соответствии с действиями законов природы.

        Необходимость планирования и управления как в рамках государств, так и в глобальном масштабе обусловливается также угрозой развитию цивилизации, вызываемой ее внутренними причинами. Осмысление этой угрозы не относится к числу неразрешимых задач, и оно сейчас осуществляется быстрыми темпами. Человечество подошло к альтернативе: или “кладбище человечества”, или выход на путь гармонического развития с природой. Поэтому с широко распространенным среди экономистов-рыночников положением о том, что в настоящее время мы должны “больше, чем когда бы то ни было, полагаться на развитие, не зависящее от сознательного контроля” [5], нельзя согласиться категорически. И движение к плановой экономике должно быть следствием сознательного, научно обоснованного выбора, как осознанной необходимости выхода из состояния неопределенности дальнейшего развития человечества.

        Необходим научный прогноз и основанное на нем планирование социально-экономического развития.

        Необходима централизация власти - формирование глобального государства во главе с Парламентом Мира – Глобальным центром управления [10, 11].

        Необходимо отказаться от применения и производства оружия массового уничтожения, затраты на котороt позволяют значительно повысить благосостояние людей и свести загрязнение среды к минимуму. “Четверти мировых расходов на военные цели достаточно, чтобы предотвратить эрозию почв, остановить истощение озонового слоя, стабилизировать народонаселение, прекратить глобальное потепление и кислотные дожди, обеспечить население Земли чистой энергией и водой, дать всем нуждающимся кров над головой, покончить с безграмотностью, недоеданием и голодом, списать долги развивающимся нациям” [8].

        Необходимо отказаться в социально-экономических отношениях от принципа спрос-предложение-цена, как обусловливающего развитие неуправляемого потребительства и алчности, и перейти на принцип спрос-предложение-выход, при котором конкуренция регулируется заданным состоянием.

        Необходимо отказаться от денежной меры определения стоимости и цены и перейти на энергетическую оценку затрат на производство и в целом на жизнеобеспечение человека, включая затраты на поддержание в равновесии экологической среды или на увеличение экологической емкости.

        Наконец, необходима организация при Парламенте Мира (на начальном этапе - при ООН) международного научно-исследовательского центра по разработке методов прогнозирования развития общества и среды обитания, а также конкретных рекомендаций для каждого из регионов Земли и государств, в соответствии с их природными условиями и особенностями социально-экономического развития.

        Чтобы идти данным путем, необходима единая для всех людей вера - вера в священное и безграничное действие законов природы, познание и исполнение которых и есть жизнь. Дальнейшее прогрессивное развитие цивилизации определяется видением пророка Исайи: “И перекуют мечи свои на орала, и копья свои на серпы; не поднимет народ на народ меча и не будет более учиться воевать”. Вправе ли мы утверждать, что пророчество Исайи не сбудется?

        В настоящее время в большинстве стран существует демократическая организация государственной власти. О демократии говорят как о самой совершенной форме управления. Однако демократическая форма власти страдает существенным недостатком, заложенным в основных принципах демократии, прежде всего в механизмах саморганизации политических партий, а по существу - в политическом плюрализме. Процессы самоорганизации объективны, но свободная самоорганизация предполагает одновременное формирование и созидающих структур, и паразитических. В условиях неуправляемой самоорганизации для победы созидающих прогрессивных сил требуется значительное время, по крайней мере, несколько десятилетий – это время, необходимое для развития соответствующего массового самосознания народа, развития его этоса.

        Демократические принципы в некоторые периоды исторического развития могут создавать тенденции разрушения государства: деления его на части, экономического ослабления и подчинения другим государствам.

        Когда страна находится в состоянии реконструкции или, еще хуже, всеобщей смуты и саморазвивающегося хаоса, когда возникает острый дефицит времени, его недостает для проверки того или иного варианта развития или замены правительства и пр., демократические принципы формирования власти совершенно не защищают от проникновения к власти политических авантюристов. В такой ситуации ошибка при избрании президента, парламента может оказаться роковой для страны. При этом важную роль начинает играть субъективный, личностный фактор, при котором возможно проявление политического недуга, именуемого как политический инфантилизм [12]. Характерными чертами политического инфантилизма являются эмоциональная неустойчивость, капризность, поверхностность суждений, подчиняемость мнениям ближайшего окружения и пр. В тяжелой, запущенной его форме практически полностью теряется способность отделять главные, решающие проблемы от второстепенных. Данный “недуг” приобретает в большей или меньшей мере практически любой человек, длительное время занимающий высокий государственный пост.

        Демократические принципы никак не противодействуют этому. В самом деле, для того чтобы добиться государственной власти в России демократическим путем, достаточно “кучке” амбициозных, страдающих манией величия людей назвать себя политической партией, представив программу и устав, в которых, естественно, обещается осчастливить народ. Если подвергнуть научному анализу политические программы существующих в России партий, то окажется, что практически все они состоят из взаимоисключающих положений, зачастую не особенно понимаемых и самими авторами.

        Сейчас можно определенно утверждать, что цивилизация достигла уровня развития, практически соответствующего понятию “ноосфера”, которое сформулировали его основоположники Мари-Жозеф Пьер Тейяр-де-Шарден и Владимир Иванович Вернадский: человеческий интеллект составляет глобальную систему, уровень информации и связи настолько высок, что практически разуму подвластно очень многое. Но проблема состоит в том, чтобы перейти к иной, высшей форме управления и власти, государственной и глобальной политики – ноократии.

        Анализируя современные процессы развития цивилизации и опыт реорганизации России, можно констатировать, что на смену демократическим формам социально-экономической политики выходят ноократические формы управления [13, 14].

        Ноократия (букв. с греч. власть разума) - власть людей, определяющих политику и функции государства на основе научного анализа социально-экономических и экологических ситуаций в своей стране и в мире, прогнозирующих политику развития государства как неразрывной части единой глобальной социальной эколого-экономической системы.

        Ноократия формируется на основе достижений демократии и является высшей формой ее развития. К ноократическому направлению можно отнести все те политические движения, которые осуществляют попытку осмысления современных тенденций развития цивилизации и отражения их на экологических процессах. Ноократическое движение проявляется в проведении международных симпозиумов, конференций, конгрессов по проблемам развития цивилизации и взаимоотношений общества и природы; в формировании общественно-политических организаций, деятельность которых направлена на раскрытие смысла природной целесообразности самого существования цивилизации. В этих движениях уже явственно просматривается новая парадигма развития цивилизации и государственного устройства, фундаментальных принципов взаимоотношений общества и природы. Подобные политические течения начинают развиваться и в России.

        Ноократия - это самореферентная власть, представляющая собой государственный аппарат, который призван управление государством осуществлять через теоретическое и критическое осмысление прошлого, настоящего и будущего.

        Сейчас в России делается попытка организовать подобную власть. Однако ее правильнее определить понятием меритократия - власть профессионалов. Коренным отличием ее от ноократии является то, что эта власть функционирует в строго ограниченных рамках взятой на вооружение и слепо копируемой идеи государственного развития, контролируемой ее апологетами. Формирующейся сейчас власти профессионалов заданы жесткие границы действия, определяемые формулой: альтернативы западной государственности, основам ее социально-экономического функционирования, культуры и нравственности нет; Российское государство необходимо реконструировать в соответствии с данной моделью! Меритократическая власть не может (в отличие от ноократии) предлагать иную идею государственного развития.

        Дальнейшее развитие мирового сообщества будет определяться сциентическим мировоззрением. Роль науки в управлении социально-экономическими и природными процессами возрастает. Все большее значение наука приобретает в управлении государством, в разработке стратегии и политики экологической безопасности.

        Реформам должна предшествовать конституционно утвержденная процедура изучения программ социально-экономического развития страны специально организуемым для этого государственным органом. Этот политический орган должен быть представлен учеными, признанными общественными деятелями, практиками, задача которых - дать оценку программам преобразований на основе глубокой научной их проработки. Данный специально созываемый не реже одного раза в 4-5 лет орган обязан объяснить народу сущность социально-экономических преобразований, преимущества и недостатки программ, предлагаемых политическими партиями и их лидерами. Средства массовой информации этого сделать объективно не могут, поскольку так или иначе отражают интересы политической силы, стоящей у власти.

        Формируемый же орган - научно-аналитический и потому надпартийный. Методология научного анализа известна. Она позволяет с большой надежностью определять достоинства программ и, во всяком случае, не допустить к государственному управлению политических авантюристов.

        Резюмируя изложенное, заметим, что первостепенная задача текущей политики России - определить, на каких принципах функционирования социально-экономических систем будет основываться государственная организация. Сейчас необходима не победа той или другой партии и поддерживающей ее части народа, не победа кого-либо из известных политических лидеров, а победа разума над стихией в социально-экономических и политических процессах.

        Второй шаг – организация Российского национального конгресса [15], на котором провести обсуждение современных проблем развития цивилизации, различные представления о путях развития России на перспективу и на ближайшие 2-3 года. Особое внимание при этом следовало бы обратить на такие моменты:

а) механизмы саморегуляции и самоорганизации социально-экономических процессов в условиях дефицита ресурсов и деградации среды, когда на свободу рыночных отношений ограничения накладываются самой природой;

б) государственное регулирование рыночных отношений по количеству используемых ресурсов, в т.ч. энергетических, по объему производимой продукции, раздельно полезной и загрязняющей среду; регулирование цен; обмен ресурсами с другими странами;

в) проблемы частной и государственной собственности на природные ресурсы; ничейные ресурсы;

г) внешняя политика, проблемы мондиализма, необходимость создания Глобального цента управления - Парламента Мира.

        Проведение данных мероприятий, несомненно, способствовало бы объединению усилий всех здоровых сил общества на организацию российского государства и позволило бы выработать взаимоприемлемую для различных политических течений стратегию вывода России из кризиса, скорректировать реформы, довести до сознания народа их суть, тем самым значительно ускорить реконструкцию нашего государства.

Литература

  1. Заикина Г.А. Экономическая теория и реформы // Вестник РАН. – 1999. - Т.69, №4. - С. 366-373.
  2. Полтерович В.М. Кризис экономической теории // Доклад на бюро Отделения РАН - Интернет. - 1998.
  3. Пригожин И.Р. Переоткрытие времени // Вопр. филососфии. – 1989. - № 8.- С. 3-19.
  4. Пригожин И.Р. Философия необратимости // Вопр. филососфии. – 1991. - № 6.
  5. Хайек Ф.А. Пагубная самонадеянность. Ошибка социализма. -М.: Новости, 1992. - 302 с.
  6. Хайек Ф.А. Дорога к рабству: Пер. с англ. – М.: Экономика, 1992, 176 с.
  7. Трик Х.Е. Основные направления экспериментального изучения творчества // Хрестоматия по общей психологии. – М.: Изд-во МГУ, 1981. – С. 298-304.
  8. Ласло Э. Пути, ведущие в грядущее тысячелетие. Проблемы и перспективы // Уроки истории. – 1997. - №4
  9. Поздняков А.В. Стратегия российских реформ. – Томск: Спектр,1998. - 324 с.
  10. Поздняков А.В. Проблемы глобальной и региональной экологии, экономиики и политики // Экология России. – М., 1993. – С. 73-74.
  11. Поздняков А.В. Концептуальные основы решения проблемы устойчивого развития. - Томск, 1995. – 150 с.
  12. Поздняков А.В. Объективные законы самоорганизации и политический инфантилизм в сегодняшней России // Панинтер. – 1997. - № 4.
  13. Поздняков А.В. Устойчивое развитие и ноократическое движение // Образование и наука на пороге третьего тысячелетия: Материалы междунар. конгресса. – Новосибирск, 1995. – С. 14-15.
  14. Поздняков А.В. К проблеме формирования гражданского общества в России // Проблемы становления гражданского общества в России. – Красноярск, 1996. – С. 36-45.
  15. Поздняков А.В. Не надо ждать диктатуру // Красное знамя. – 1993. - № 208.

Оглавление