Оглавление

К АНАЛИЗУ КОНЦЕПЦИИ ОБЩЕСТВЕННОГО РАЗВИТИЯ:
К РАЗРЕШЕНИЮ ПРОТИВОРЕЧИЙ МЕЖДУ
ОПРЕДЕЛЕННОСТЬЮ И НЕОПРЕДЕЛЕННОСТЬЮ

Р.Т. Яровикова

Новосибирский государственный технический университет

        Известны различные толкования указанных понятий. При этом одни достаточно обоснованны в своей интерпретации, другие сохранились как раз в результате неразработанности их природы и сущности. Поэтому, естественно, весьма актуальным является обеспечение унификации отмеченных понятий.

        ’’Лапласовский детерминизм’’ признает лишь определенность явлений мира. Что же касается неопределенности, то, с его позиции, она выступает лишь свидетельством несовершенства человеческого познания. Исходя из этого, чем более изученной становится реальность, тем более активно используется понятие "определенность". В рассматриваемом случае неопределенность выступает как отражение явлений субъективного характера.

        Квантовая механика в поиске интерпретаций природы и сущности спектров атомных излучений заставила признать объективные основания неопределенности, например, в микромире физики. Было выяснено: частота излучения зависит не только от энергетического уровня, с которого электрон переходит, но и от того уровня, на который он переходит. Такой подход имеет место несмотря на то, что неопределенность соотносится с рядом возможностей для перехода электрона с одних энергетических уровней на другие. При уточнении природы и сущности неопределенности в этом контексте чаще всего используются понятия возможности и вероятности.

        Специфичность микрообъектов, их так называемые неклассические свойства нашли отражение в математическом аппарате квантовой механики. То же, что было предложено В.Гейзенбергом в качестве одного из логических следствий, стало известным как соотношение неопределенностей, или ’’принцип В.Гейзенберга’’. Изучение природы и сущности неопределенности в данном контексте позволило сделать вывод о невозможности рассматривать неопределенность и определенность явлений микромира в изоляции друг от друга. Только их взаимосвязь создает адекватность представления определенности и неопределенности [1].

        Отмеченный вывод подтвердил гносеологическую, методологическую, мировоззренческую и т.д. целесообразность диалектического характера определенности и неопределенности для отражения не только субъективной, но и объективной реальности.

        Характеризуя соотношение определенности и неопределенности в познании, В.С.Готт отмечал, что одним из аспектов их соотношения является их связь в ситуации выбора. Если человек располагает поливариантностью, то всегда существует неопределенность в выборе необходимого подхода. И указанная неопределенность растет при увеличении числа элементов множества. В ситуации же неизвестности числа используемых элементов прибегают к измерению степени неопределенности с помощью возможностей вероятности [2].

        Контекст отмеченной роли определенности и неопределенности сегодня расширяется мировоззренческим аспектом их использования в стратегии и тактике управления.

        Можно даже посчитать особой новинкой инструментария социально-политического и экономического управления обществом обоснование двух методологий управления в период трансформации. Первая - это методология скрытой определенности, или скрываемых замыслов. Здесь как бы ’’двойная бухгалтерия’’: определенность целей, позиций для себя и неопределенность для всего остального населения. Вторая - это методология открытости, определенности, когда уже ’’процесс пошел’’ и он необратим. Исходя из этого, можно заметить методологическую и мировоззренческую значимость понятия ’’открытости’’ для уточнения отношения определенности - неопределнности.

        Таким образом, ’’определенность для себя’’ через ’’неопределенность для других’’ к еще лучшей определенности своего положения; а для народа другая формула: ’’определенность призывов и лозунгов’’ - ’’неопределенность в стратегии и тактике’’ - определенность в ухудшении положения народа и стран.

        В определенном смысле указанная методология не может считаться открытием, поскольку уже М.Борн как-то задавал вопрос: "...Не является ли эта неопределенность, эта невозможность дать ответ на определенные вопросы о положении и скорости частицы аргументом против реальности частиц и вообще против всего реального, объективного мира?" [3].

        Что же касается рабочих определений категорий определенности и неопределенности, то можно остановиться на следующих: неопределенность - философская категория, отмеченная превращением многообразия возможностей в действительность; наличием связей, взаимодействием между свойствами и состояниями явлений, отсутствием резких граней между ними. В то же время определенность - это философская категория, отмечающая относительную независимость свойств и состояний объектов, проявление необходимости через однозначные переходы возможности в действительность. Важно также обратить внимание на то, что указанные взаимосвязанные понятия "не возвышаются" друг над другом, а находятся в отношении координации [4]. Целесообразно специально отметить направленность их отношений. Это может быть и движением от определенности одного состояния - через "снятие" неопределенности - в другое состояние определенности или даже в другую определенность. Процессы, несущие информацию, обеспечивают "снятие" неопределенности. Поэтому и считается: "снятие" неопределенности - это прежде всего получение информации. Для социальных систем в нашей стране более актуальным является переход от информационного к "энергетийному" уровню взаимодействия [5].

        На основе отмеченного можно остановиться на анализе мировоззренческого и методологического значений принципа неопределенности в социально-экономическом развитии страны.

        Учитывая, что человек-наблюдатель, относящийся к природно-социальным системам, находясь внутри более глобальных систем, не может не только дать прогноз их перспективам, но и адекватно разобраться в происходящем, можно предположить, что даже во всем главном, что касается его самого как природно-социальной системы, он тоже не оказывается столь информированным, чтобы можно было строить реализуемые прогнозы. В целом оказывается, что человек не располагает адекватной информацией не только о всей той глобальной системе, к которой он относится, но и той, которая представляет его самого. Обусловливается это многими обстоятельствами. Но прежде всего такое происходит из-за ограниченности природы его возможностей. Он не ориентируется в механизмах управления, поскольку то, что ему представляется возможным увидеть, наблюдать, на самом деле не является достоверным отражением механизма управления. К тому же надо учитывать существующее противоречие между видимым механизмом управления и тем, что осуществляет это управление в реальности: "рычаги", сами субъекты управления. Немаловажным является и то, что при анализе управляющих механизмов человек чаще всего сосредоточивается лишь на каких-то аспектах самих механизмов, ’’изъятых’’ из реальных контекстов их порождения и функционирования. Значит, он не анализирует их в том реальном виде, в котором они существуют. При этом надо учитывать и то, что сам механизм, отбираемый для анализа, не является устойчивым, постоянным. Этот механизм не может оставаться одним и тем же и при существующем контексте изменений. Его изменения тоже не управляются, а определяются лишь ими самими. На них воздействует множество факторов. При этом указанный характер воздействия лучше всего представить в виде взаимодействующего механизма внутреннего и внешнего, объективного и субъективного.

        Следует заметить, что подобный характер абстрагирования явлений, факторов допустим лишь в научном познании (и то в контексте действия принципов ’’сведения - выведения’’), а не в реальной жизни. Если это все происходит в реальной жизни, то человек не работает с явлениями, реально существующими, часто из-за того, что он работает с ’’субъективированными системами’’.

        Существующий контекст управления, с его прямыми и косвенными воздействиями на систему, с устойчивым и переменным характером влияния и взаимовлияния на систему явлений объективного и субъективного характера и т.д., необходимо постоянно учитывать в ситуации, когда ставится задача, связанная с потребностью адекватного характера передачи природы и сущности происходящего. Не менее важно обратить внимание и на возможности самой наблюдающей системы, на природу метода наблюдения, на изначальный характер его субъективности и т.д.

        На первый взгляд, покажется удивительным, что человек оказывается столь же "малоспособным" строить прогнозы и по поводу самого себя. Но это действительно так и происходит из-за недостаточной информированности о своем состоянии по целому перечню самых разных причин, касающихся непосредственно его самого и его контекста бытия - природной и социальной среды.

        В ситуации глобализации общественного развития, которая объективно уже и реализуется, важно иметь в виду существование двух стратегий. Одна определяет тенденцию глобализации общественного развития с позиции потребностей и интересов сильных государств, прежде всего США. Вторая стратегия предполагает учет региональных и международных потребностей и интересов. Но чтобы не было эйфории по поводу того, что уже названные концепции находятся в ситуации самореализации и всем, желающим утверждения той или иной концепции, надо ввериться судьбе, определяемой эволюционным менеджментом, надо заметить, что первая концепция сегодня не только достаточно широко теоретически обоснована, но она внедряется и практически.

        Для уточнения ситуации прежде всего надо обратиться к использованию в методологии анализа таких категорий и понятий, как самоорганизация и организация, определенность и неопределенность.

        Одним из важных понятий является "самоорганизация." Но это только начальный этап внесения определенности в происходящее, ибо природа и общество располагают не только общими данными, но и специфическими. В связи с этим, используя гносеологические и методологические возможности принципа самоорганизации, можно перейти на более адекватный уровень постижения общественных закономерностей, если еще к этому подходу присоединить постижение основ организации, так как в них самоорганизация дополняется организацией [6]. В соответствии с этим в анализе общественных явлений надо учитывать механизмы взаимосвязи и взаимодействия самоорганизации и организации в общественном развитии. Если самоорганизация выступает объективным основанием для активизации человеческой деятельности, то организация и является способом упорядочивания отмеченной инициативы в том или ином виде. Это означает, что активизация ’’переводится’’ на новый уровень возможного анализа. Для уточнения параметров упорядочивания в общественных системах введено понятие института. Если институт относится к тому, что определяет целесообразность использования и возникновения организации, "ее правил игры", то организация относится к способу реализации указанных правил игры [7].

        Описанное убеждает в гносеологической, мировоззренческой, методологической перспективности положения о том, что ’’только разнообразие может уничтожить разнообразие’’ [8]. Казалось бы, введение понятий организация, институт и т.д. в уже существующий перечень: ’’эволюция’’, самоорганизация и т.д. - должны запутать человека-наблюдателя обилием новых понятий с их многообразными толкованиями. В то же время как раз происходит противоположное - уточнение их смыслов, а через них определяется возможность разрешения противоречий, возникших в понимании природы и сущности явлений. Введение разнообразия ведет к унификации, систематизации и обобщению понятий, их содержания и смысла, а значит, через определенность теоретического вида - к определенности практически-духовного и предметно-практического видов освоения субъективной и объективной реальности.

        Возвращаясь к установлению общего и особенного между самоорганизаций и организацией, можно заметить, что указанное соотношение важно утверждением более высокого уровня корректности, уточнения предлагаемого механизмом самоорганизации, механизмом организации общественных структур, явлений. Но эта позиция не всегда оправдывается. Известным является и то, что организация может приводить к негативным последствиям, на основании чего можно сделать вывод, что уповать на возможности лишь самоорганизации, эволюционный менеджмент - неоправданная для человечества роскошь; поэтому необходима коррекция самоорганизующихся тенденций возможностями организации. В свою очередь, организация тоже оказывается методикой, не всегда оправданной. Поэтому необходимо уточнение возможностей организации при каждом конкретно-историческом обосновании выбора той или иной ее формы. Определений понятия ’’организация’’ столь великое множество, что требует введения унификации. Одним из реальных способов указанной унификации и является их корректировка под воздействием понятия ’’институт’’(Д.Норт).

        По существу, ситуация с так называемой перестройкой в нашей стране и происходила под активным распространением парадигмы самоорганизации: дескать, система сама знает, что ей надо выбирать, по какому направлению идти, как ей надо развиваться; активная деятельность человека излишня. В результате происшедшей трансформации в обществе, когда уже многие процессы оказались необратимыми, народу стало понятно, что тенденции самоорганизации были актуализированы организованной деятельностью ’’прорабов перестройки’’.

        Что же касается государства, то оно, опять же в угоду распространяемой идеологии перестройки, как бы отстранилось от выполнения своих традиционных функций, якобы из-за осознания своей недостаточно большой финансово-экономической мощи в тот период. Хотя правильно говорится: все познается в сравнении. Если охарактеризовать современное финансово-экономическое положение и сравнить с тем, которое было в начале так называемой перестройки, то можно было бы понять, насколько то положение было лучше сегодняшнего. Таков еще один смысл определенности оценки. Но идеологам проводимой стратегии необходим был эффект растерянности государства, неопределенности его поведения. Если бы государственные системы, властные структуры проявили себя с большей определенностью, то в соответствии с ее характером проводилась бы деятельность различных социальных структур, самого населения.

        Но поскольку именно этого рода определенность поведения государства не входила в планы проводимой трансформации, то и создался эффект неопределенности в деятельности государства. Что же касается народа, то он был отвлечен на другой вид деятельности: поиск выигрышных процентов от вкладов, просмотр сериалов, открытие рынка, безудержный поток ширпотреба и пр.

        Потеря же прежних мировоззренческих ориентиров человеком, их определенность сменилась неопределенностью его места работы, неопределенностью своего "я".

        Все отмеченное здесь может свидетельствовать не в пользу стратегии и тактики управления в обществе, которая ориентирована на человека, на его определенность в мировоззренческих установках, жизненных позициях. Что же касается соотнесения самоорганизации и организации, то самоорганизация, действительно, являет собой активное начало; организация же, которая выступает атрибутом общественного развития, определяет ориентиры указанной активности, но уже нового качественного уровня. И если существует определенность во властных структурах, соответствующих потребностям и интересам народа, то нет смысла ее утаивать. Тогда определенность стратегии и тактики правительства будет поддерживаться определенностью позиций самого народа. Если правительство ориентировано на определенность других позиций, далеких от потребностей и интересов народа, то оно и будет вести себя в угоду парадигмы неопределенности. Государство, под крышей которого действовали субъекты перестройки, было сосредоточием внешнего отстранения, бездействия, состояния неопределенности. Но эта "оболочка" неопределенности положения государства была, по существу, прикрытием четко определенной позиции тех, кто находился у власти, а также идеологов проводимой политики извне. Результатом такой двойственности стало лишь одно: властные структуры привели народ к определенности иного порядка. Эффект неопределенности действиям государства был необходим субъектам нового общественного устройства России. И поскольку народ был привержен идеям уже существовавшего типа общественного развития, но только освобожденным от многочисленных противоречий между сущим и должным в его функционировании, то и появилась потребность в указанной игре между неопределенностью и определенностью в их целеполагающей и целереализующей деятельности. Этот же эффект был распространен и на деятельность государства. И длительность в распространении указанного эффекта определялась периодом достижения желаемого эффекта - достижением желаемой ими определенности, это с одной стороны; а с другой - созданием эффекта необратимости достигнутых результатов по переустройству общества. И сейчас, находясь в условиях достаточно осознанной определенности, народ понял коварство игры, затеянной с ним. Сущность этой политической игры может быть конкретизирована понятиями определенность и неопределенность. Современная ситуация, отмеченная глобализацией общественного развития, делает проблему соотнесения самоорганизации и организации еще более актуальной в связи с тем, что она заставляет обратить внимание на новый вид адаптации - адаптации к другим странам, к установкам мирового сообщества в единой стратегически-тактической методологии функционирования и развития.

        Что собою представляет глобализация общественного развития? Это тенденция развития, когда заметно возрастает интенсивность экономических, политических, социокультурных и иных связей. При этом актуализация всевозможных связей определяется самыми разными основаниями. И то, что действительно имеет место глобализация общественного развития, определяется установлением этих связей благодаря не только активизации самой деятельности людей, но и существующему единству мира. То, что указанное единство имеет определяющее значение, отмечается многими концепциями, выступающими в качестве способов своеобразных уточнений, рефлексии происходящего. Так, например, Г.Г.Дилигенский, оценивая роль и место постоянно актуализирующихся связей, отмечает их гносеологическую и методологическую ценность в том, что "эти связи придают возникающей планетарной цивилизации системное качество..." [9].

        В нашем, современном мире происходит формирование единопланетной цивилизации. Без таковой, единой для всей планеты формы объединения природного и социального в жизнедеятельности человечества с помощью возможностей, выверенных временем и уточненных пространственными данными бытия человечества, методологий предметно-практического, теоретического и практически-духовного освоения мира и самоутверждения человека в качестве реального субъекта, планета Земли просто не выживет. Только единое для всей планеты и рациональное по своим направлениям, формам и методам "жизнеустройство" может содействовать самосохранению Земли и человечества.

        Такая цивилизация, которая, естественно, не сможет появиться как-то вдруг, уже оформляется. Этому существуют самые разные доказательства, в том числе и быстрое распространение по всей планете множества форм экономической, политической деятельности, сотрудничества международного уровня. И хотя уже сегодня заметно проявление двух альтернатив в стратегии глобализации общественного развития, более перспективной с позиции потребностей и интересов народов будет лишь та, которая строится с учетом потребностей и интересов всех государств, а не та, которая определяет необходимость жизнеобеспечения одного государства за счет абсолютного большинства других государств.

        Доказательством существования объединяющей тенденции является многое, например, достигнутый уровень развития науки и техники, существующие возможности информатизация общества и т.д.

        Необходимость в глобализации общественного развития сегодня осознается, по существу, всеми государствами. И в этом смысле определенность существует. Определенно и то позитивное, и то негативное, что она с собою несет.

        Но не менее определенны действия по утверждению, организации действий по построению мира глобализации общественного развития с позиций потребностей и интересов одного государства - США. И полна неопределенности позиция по утверждению другой стратегии глобализации общественного развития, которая, например, вместо объединения своих субъектов, предлагает различные концепции по их разъединению. В частности, в пространстве бывшего СССР. И вывод здесь один: чем более длительным будет состояние неопределенности действий по утверждению названной стратегии, тем интенсивней будет выявляться определенность в позициях противоположной стратегии. Сегодня также должно быть понятным и то, что активизация деятельности по утверждению второй стратегии будет вызывать сопротивление приверженцев первой стратегии. Какую игру с оперированием принципов "определенности" и "неопределенности" они предложат для ’’завуалирования’’ организации своей деятельности, пока сложно представить, но ее идеологи с необходимостью будут использовать все противоречия между определенностью и неопределенностью мировоззренческих установок людей, потребностей и интересов государств и самой стратегии глобализации общественного развития.

Литература

  1. См.: Гейзенберг В. Физика и философия. Часть и целое. - М.: Наука, 1980.
  2. Готт В.С. Определенность и неопределенность в природе и научном познании // Современный детерминизм и наука. - Новосибирск, 1971. - С.11.
  3. Борн М. Физика в жизни моего поколения. - М.: Иностр.лит., 1963. - С. 277.
  4. Урсул А.Д. Информация. Методологические аспекты. - М.: Наука, 1971.
  5. Панарин А.С. Реванш истории: российская стратегическая инициатива в XX1 веке. - М.: Логос, 1998.
  6. См.: Рузавин Г.И. Самоорганизация и организация в развитии общества // Вопр. Философии. – 1995. - № 8. - С.69 - 72.
  7. См.: Норт Д. Институты, институциональные изменения и функционирование экономики. – Изд-во "Япония сегодня", 1997.
  8. См.: Эшби У.Р. Введение в кибернетику. - М.: Иностр.лит., 1959. - С. 204.
  9. Дилигенский Г.Г. "Конец истории" или смена цивилизаций? // Вопр. философии. – 1991. - №.3. - С.29.

Оглавление